Для того, чтобы шов выглядел ровным, не хуже машинного, я затребовала для себя специальный инструмент. Сделать его было несложно, но местные мастера явно не додумались еще до такого. Не знаю, как называется эта железка в моем мире, как-то не довелось поинтересоваться, но несколько раз видела, как дедок из соседнего дома шил мужские кошельки.
Дед Ваня не был каким-то знаменитым мастером, но тогда, в 90-х, подрабатывал, чем мог. Инструмент этот выглядел как металлическая плашка с несколькими длинными и острыми зубцами.
Нахальства мне, конечно, было не занимать: никогда раньше с кожей я не работала. Зато видела, как это делают. Знала, что шов прокладывают одновременно двумя иглами, снаружи и с изнанки, вводя их по очереди в одно и то же отверстие, а потом затягивают шелковую нить.
Через день мне надоело «тюкать» в одиночестве, и я попросила Лесту о помощи.
– Приедешь в замок, попроси отвести к сенешалю Седрику фон Роше. Отдашь ему вот этот сверток и передашь записку. Пробудешь там, в Энкерте, столько времени, сколько потребуется.
Не сказать, чтобы Прон был слишком уж доволен моим поручением, но и отказаться не мог: по условиям, записанным в арендных документах, я могла требовать помощи и работы гораздо чаще и больше.
Недовольный Прон вернулся только через три дня и, получив от меня несколько медяков в награду, слегка смягчился. Да к тому же, кроме благодарности он заработал и маленький выговор:
-- Ты зря обижаешься, Прон, что потерял эти дни. Ты ведь и товар свой на рынок свез, и за лошадь тебе платить не пришлось.