Твои уже, кстати съели свои порции, я проследил.
– Правда? – искренне удивляюсь. – И даже не спросили, где мама?
– Я сказал, что ты спишь, – пожимает он плечами. – Не знаю почему, но твои меня идеально слушаются. Удивительно, да?
Еще бы им не слушаться после таких чудесных кроваток, которые он им купил. Мне это почему-то ни разу не удивительно."
"Рафаэль садится на кровать, всматривается в мое лицо и с недовольством тянет:
– Ты как-то очень устало выглядишь. Поспи еще, я погуляю с детьми час-два.
Смотрю на аппетитный завтрак, потом на Рафаэля.
– Ты что, всерьез пойдешь гулять с пятью детьми?! – ошалело на него смотрю.
– А что? Думаешь, не справлюсь? Ева обещала помочь, я уже ее подкупил.
Мое лицо вытягивается.
О как.
Уже и старшая дочка подкуплена. Она, кстати, когда хочет, может быть вполне годной помощницей.
– Чем подкупал? – спрашиваю.
– Да я тут такие красивые сережки нашел – в форме бабочек. С сапфирами. Заказал уже, ты ж не против, да? Она ведь и моя дочка тоже, а ходит без золота. Это непорядок, Кристина.
Собираюсь громко возмутиться.
Зачем восьмилетней девочке золото? Эдак она в три секунды разбалуется, и что потом с ней делать?
Но не возмущаюсь, прикусываю язык. В самом деле, пусть хоть кто-то побалует Еву. Не заслужила, что ли? У меня вечно не хватало денег на баловство.
– Ну я пошел, ешь и отдыхай.
С этими словами Рафаэль наклоняется, громко целует меня в щеку и встает с кровати.
Наблюдаю за тем, как он уходит, и меня с аппетитом начинает есть совесть.
Человек вчера потратил на моих дочек целое состояние, и неважно, что одна из них его собственная.
А я что? Буду бока отлеживать?
Могла бы, пока его нет, хоть кухню прибрать, там наверняка начудили. Или еще что полезное сделать.
Могла бы, да… Но Раф не просил, наоборот – настаивал, чтобы я отдохнула. И что, я его всерьез послушаюсь, буду отдыхать? Честно говоря, именно это мне и хочется сделать.
А вот возьму и сделаю.