Даррайн Орхард собственноручно отправил его на смерть. Но сперва унизил и растоптал. А после лично пришёл в наш дом и с холодной ухмылкой объявил моей маме о гибели отца.
Не удивлюсь, если правда о том, что папа бежал из-под конвоя и окончил жизнь в лапах дикого зверя - на самом деле ложь. Придуманная, чтобы скрыть кровь на руках подонка и показать его героем.
И я не прощу, что из-за него моя ни в чём не повинная мама до сих пор терпит плевки и оскорбления от окружающих.
“Эвер, стоять! – усилием воли я буквально заставила себя остаться на месте.
Мэйв тем временем окинула меня ещё одним презрительным взглядом и процедила:
– Беги-беги, отребье. Иначе Орхард отправит тебя следом за папашей в преисподнюю.
– Мэйв, хватит! – одёрнул её брюнет.
Но красотка уже повернулась к нам спиной и быстрым шагом направилась в сторону главного входа, увлекая за собой многочисленную свиту.
А я всё ещё стояла, пытаясь заново начать дышать и боялась даже повернуться в сторону ворот!
– Не обращай внимания, – примирительно улыбнулся брюнет, к моему удивлению не последовавший за Мэйв. – В искусстве ругани и угроз ей нет равных. Но она никогда не переходит от слов к делу, слишком дорожит своей репутацией.
Я нерешительно улыбнулась ему в ответ, и парень протянул мне руку:
– Матиас Ринвуд.
– Эверли Дельвиг, – ответила я, осторожно пожимая его ладонь. Тёплую и сухую, весьма приятную на ощупь. – Первый курс женского боевого факультета.
– Я знаю, – кивнул он. – Весь Даркайн только об этом и говорит. Впервые за всю историю академии, хоть и недолгую, набрали девушек на боевое направление. Это...
Он не договорил. Бросил торопливый взгляд через плечо и тихо сказал:
– Ладно, потом поговорим. Беги, иначе опоздаешь к приветственной речи Одера.
– Конечно.
Торопливо попрощавшись с Матиасом и поблагодарив его за поддержку, я поспешила вперёд, к массивному крыльцу из светло-серого камня и белоснежных мраморных плит с золотистыми прожилками.