Зачем я вообще согласилась?
А главное, как теперь отказаться?
Выходя из душевой, я столкнулась нос к носу с сонной Мэйв. Учёба на бытовом позволяла ей поспать на час дольше, чем и пользовалась Андор.
– Слух меня не подвёл? Ты куда-то намылилась с Ринвудом?
– Откуда ты… – я вытаращила глаза, замерев с полотенцем в руках, но соседка лишь зевнула и отмахнулась.
– Сама же только что жаловалась. Или не замечала, что порой разговариваешь вслух? Так что случилось?
– Не твоё дело, Андор, – буркнула я и ускорила шаг, торопясь покинуть душевую, но в спину донёслось упрямое:
– Не связывайся с Матиасом.
Глава 48
Даррайн Орхард
Тяжёлый посох летал в моих руках, как невесомый. Мышцы приятно ныли от нагрузки, а в каждом мешке, набитом песком, я видел наглую рожу Ринвуда.
Удар.
Вот он нацелился клюнуть Эверли своим ртом, а она, к её чести, пытается увернуться.
Щенка спасла моя нечеловеческая выдержка. Но и она была на грани. Трещала по швам, как ткань на этих мешках.
Ещё удар.
В мыслях возникла возмутительная картина, как Эверли смотрит на делегацию из Кэррей, а рука Ринвуда, пользуясь моментом, скользит вниз по позвоночнику к её округлой, подтянутой…
– …!
С губ сорвалась отборная брань, и посох со свистом рассёк воздух, поражая очередную цель.
Холода я не ощущал.
Тело блестело от пота, но внутри пылал огонь ярости.
Да и как я мог оставаться спокойным, глядя на то, как Эверли любезничает с сопляком?
Что со мной творится?
Меня физически тошнило.
Хотелось убивать.
Плюнул на ректорские обязанности и сбежал в родные стены Школы, чтобы как следует выпустить пар.
Челюсти свело от напряжения.
Веки подёргивались.
В горле пересохло, словно песка наглотался.
Каждый взмах посоха отдавался болью в рёбрах – не от усталости, а от злости, что разъедала изнутри.
Матиас смеётся над ней.
Прикасается.
Шепчет что-то на ухо.
“Конечно, я пойду с тобой, Матиас!”
А что бы она ответила, если бы на его месте был я?
Осознание, что я теряю Эверли, ударило под дых.
Не давил. Не требовал ответа.
Оставил её в покое! Как вижу – зря.
Я готов разделить с ней всё, что сам имею. Да, демоны раздери, я не умею красиво пудрить мозги, зато умею делать!
И я уверен, что сделаю её счастливой. Положу к её ногам весь этот мир.
От воспоминаний о вкусе нежных губ, которые готовы раскрыться для другого, глаза застила тёмная пелена.
Не допущу, чтобы щенок меня обскакал.