Эшли работала с двумя клиентами, когда получила приглашение от О'Мэлли. Управиться с обоими заказами не составило труда: бывшего жокея она изобразила верхом на лошади, а его сына, морского офицера, на палубе белоснежной красавицы-яхты.
Как иронично, что заказ О'Мэлли ей предложила и обеспечила жена Робби, Марджи. А, собственно, почему бы и нет? Марджи владеет двумя крупными лондонскими галереями, муж ведет дела, они имеют проценты от всех выставляемых ею картин. Если уж на то пошло, поразило ее другое — до некоторых пор она вообще понятия не имела, что у Робби есть жена.
Ее в первый же миг поразили его глаза — нежного серо-голубого цвета, какие-то печальные и светящиеся теплым вниманием. Для нее это началось с самой первой встречи. Он отнесся к нее дружелюбно, но не более того, чем, разумеется, и расположил к себе. Эшли привыкла к назойливым приставаниям мужчин, ведь она обладает довольно броской внешностью, да к тому же еще и художница! Роберт вел себя сдержанно, как истинный джентльмен: искренне интересовался ее успехами, сочувствовал в трудные минуты, давал неназойливые советы, которые всегда оказывались верными.
Жаль, конечно, что он не упомянул о своей жене, но, если честно, у него и не было подходящего случая. Чувства уже захлестнули их бурной волной, когда Эшли узнала, что он женат. Теперь предстояло выйти из сложившегося неловкого положения как можно более достойно и безболезненно.
С какой стороны ни посмотри, ситуация аховая, даже несмотря на то, что Марджи оказалась милой женщиной и буквально сбилась с ног, чтобы найти для нее такой завидный заказ. Эшли нахмурилась. Оказавшись в этой двойственной ситуации, она чувствовала себя препаршиво. Она готова была поклясться, что Марджи ни о чем не подозревает, ведь она, Эшли, старалась ничем себя не выдать.
"Солнечные блики засияли на капоте арендованного ею в Дублине автомобиля, двигающегося по шоссе в сторону Таллоу. Недавно она проехала указатель, на котором значилось, что до городка Таллоу двадцать пять миль.