– Звучит пессимистично, – вздохнула я. – Позвольте, я его осмотрю?
– Да, конечно, Элисон-сама, – поклонился Кэнсин и отодвинулся, освобождая место."
"Максимилиан лежал без движения. Его кожа была бледной и влажной от испарины, а дыхание поверхностным и частым. Я осторожно коснулась его лба. Прохладный. Но тем не менее от мужчины ощутимо веяло жаром. Прижав ладонь к его груди, туда, где располагалось сердце, ощутила жар, будто внутри Макса бушевал невидимый огонь.
Затем проверила пульс: слабый, но ритмичный, около ста двадцати ударов в минуту. Слишком часто для человека его комплекции. Сердце билось неровно, с перебоями.
Осматривая его, отметила несколько старых шрамов. Один, особенно длинный, пересекал левое плечо. Ткань срослась ровно, явно работа опытного целителя. Но почему их не свели магией полностью?
Реакция зрачков вялая, но симметричная. Склеры чистые. Радужка изумительного тёмно-синего цвета казалась почти чёрной.
– Симптомы походят на сильное истощение, что и неудивительно в данном случае. Кэнсин-сан, скажите, чем лечат магическое переутомление?
– Дикая мана, рассеянная в пространстве, впитывается телом мага и скапливается в средоточии, обычно этого достаточно, чтобы человек выздоровел. Но у нас особый случай, выходящий за рамки привычного. Максимилиан-сама, вероятно, пробудет в беспамятстве около двух недель, ибо его источник нестандартно большой и наполняться будет долго.
– Ему же больно, – заволновалась я, прикусив губу. – А ускорить этот процесс как-то можно, или же облегчить его состояние? Ты обмолвился, что попытался поделиться с ним своей силой…
– Да. Один одарённый способен поделиться своей маной с истощённым. Мана в людях чистая, переработанная, она прямиком попадает в средоточие и никуда не рассеивается.
– Концентрированная? – задумчиво протянула я.
– Она тоже чистая. Но зачем вам… – на симпатичном лице акацукийца проступило понимание. – Вы хотите…
Я же уже возилась с саквояжем Максимилиана. Хитрый замочек всё никак не желал поддаваться.
– Навряд ли у вас получится его открыть, – подала голос Аоки. – Нужно пустить силу хозяина вот по этим выемкам, но Максимилиан-сама спит, – уверенно показала она на углубления по бокам затвора.