Я, с гулко забившимся сердцем, резко отвернулась от импровизированной доски, где были изображены простейшие, и, не скрывая радости, воскликнула:
– Вы проснулись!
– А как же. Мне нельзя оставлять вас в этом мире одну.
И столько всего я прочитала в его синих глазах, что невольно смутилась, почувствовав, как заалели щёки.
А потом на нас попытались напасть пираты. И не раз – дважды. Но артефакты, встроенные в галеон и напитанные под завязку маной, не оставили морским разбойникам и шанса – те неизменно оставались далеко позади.
Никто из пассажиров не заболел ничем опасным: ни цингой, ни тифом, даже дизентерия обошла стороной. И за это стоило сказать спасибо Кэнсин-сану – мужчина делал обход раз в два дня, и, если обнаруживал у кого-то что-то подозрительное, мигом лечил своей магией. Ему помогал Максимилиан и его артефакты. Некоторых мучила морская болезнь, но и только…
– Леди Белла, – голос лорда Грея вывел меня из глубокой задумчивости. Корабль отдал якорь. Волны шумно бились о борт.
Глава 3. Столица
Тяжёлые дубовые сходни с глухим стуком опустились на каменный пирс. Мы первыми ступили на мостик, следуя за уверенно шагающим впереди Максимилианом.
– Позвольте вашу руку, леди Изабелла, – Грей помог нам обеим сойти на берег, где царила невообразимая суета. Грузчики сновали между тюками и ящиками, купцы громко торговались, а в воздухе висела плотная завеса из запахов моря, рыбы и специй.
Пробираться через портовую толчею оказалось непростым занятием.
Минут через пятнадцать шумный порт остался позади. Мы вышли на площадь, где выстроился ряд наёмных экипажей. Извозчики, заметив нас, тут же принялись наперебой расхваливать свои услуги:
– Недорого до любой части города!
– У меня самые резвые лошади!
– У меня чисто, никаких посторонних запахов!
Грей выбрал просторную крытую карету с чистым салоном и опрятно одетым кучером.
Экипаж, качнувшись, тронулся.
Я, ведомая любопытством, во все глаза смотрела в окно.
Покинув шумный порт, мы выехали в торговый квартал. Здесь располагались лавки, склады и конторы купцов.