Я не могу больше доказывать что-то…
Да, Палач и раньше намекал, и со своим «якобы» вечно влезал. Не в первый раз, наверное, не в последний. Но почему-то сейчас это задевает невероятно сильно.
Если тысячу раз повторить одно и то же, то кто-то начнёт верить.
А я не хочу сомневаться в папе, никогда.
Но Палач говорит так уверенно…
Со злостью, впитанной в кровь обидой. Будто действительно ненавидит прокурора именно за это. Не за срок, а что он был незаконно осуждён. И звучит настолько уверенно, что…
Нет!
– Обиделась, малая? – Валид хмыкает, возвращая ладонь на моё колено.
– А если я твоего отца уебаном назову?! Не обидишься?!
– Так он реально уебан.
Мужчина спокойно пожимает плечами, возвращая внимание на дорогу. Его весёлый настрой бесит, я снова отталкиваю ладонь Валида. Моё единственное оружие – это отказать в какой-либо близости.
Но Палачу на это плевать. Он легко перехватывает мою руку, обхватывает ладонь своими длинными пальцами.
Жар чужого тела проникает под мою кожу, обволакивает атомы тела. Я не могу справиться с собственными ощущениями. Они бурьяном разрастаются внутри, не вырвать.
– Почему? – я спрашиваю, стараясь отвлечься от собственных ощущений. Таких противоречивых и сложных. Высшая математика была куда проще. – У тебя плохие отношения с отцом?
Валид кривится, словно я задала неприятный вопрос. Сжимает челюсть так сильно, что я почти слышу скрежет его зубов.
А я с каким-то необъяснимым рвением пытаюсь пробраться. Хочу понять лучше мужчину, найти какие-то объяснения, которые бы совпали с моими взглядами.
Так остро, так дико необходимо просочиться внутрь. Его головы, души, сердц…
– Так расскажешь? – спрашиваю поспешно, пока мысли не завели меня не в то русло. – Или моего отца обсуждать можно, а твоего нет?
– Я вечно забываю, насколько журналюги заебистые люди.
– Ты только о пошлостях думаешь, я – о новой информации. У каждого свои недостатки. Потом целую книгу издам. «Почему люди преступают закон. Проблемы отцов и детей». Бестселлер будет.
– После книги про твоё похищение или перед?
– Объединю.
Язвлю, а Валид широко усмехается. Я впиваюсь взглядом в мужественное лицо. Впервые замечаю, что справа есть небольшая ямочка. Её почти незаметно за густой щетиной, но теперь я вижу.
Залипаю.