Я сорвалась с места и, не чуя под собой ног, бросилась в коридор. Не помню, как слетела по лестнице на третий этаж. И только тут сообразила: Грэй ведь сейчас у Эдария.
Но мне необходимо срочно поговорить с ним! Срочно-срочно!
А у дверей в покои короля Эминдора, как назло, не дежурил никто — ни слуга, ни стражник. Не могу же я врываться без предупреждения! А попросить доложить обо мне некого. Что же делать?
И тут в дальнем конце коридора я заметила Фауриваля. Мы встретились взглядами, и глаза эльфийского короля злобно сверкнули.
Да к черту все этикеты на свете! Ну не казнит же Эдарий меня за непочтительность.
Я ломанулась в дверь, даже не постучавшись. Нырнула в нее и сразу притворила за собой. Остановилась, привалившись к двери, перевести дыхание. На мгновение прикрыла веки.
А когда открыла, обнаружила, что на меня в изумлении взирают сразу три пары глаз: Эдария, Рагрияра и принца Норвеля.
Первым отмер Грэй.
— Влада, что-то случилось? — он спешно подошел ко мне.
Я смогла только кивнуть. Голос вдруг пропал.
— Влада, говори, не стесняйся, — потребовал мой герцог. — Что стряслось-то?
— Запри дверь и поставь полог тишины, — шепотом попросила я.
Эльфийский принц, похоже, все-таки услышал. Его брови поползли вверх. Впрочем, не менее шокированным выглядел и Эдарий.
Выполнив просьбу, Грэй провел меня вглубь гостиной.
— Садись, — любезно пригласил меня король Эминдора. — И рассказывай наконец, что случилось. На тебе лица нет.
— Вот как раз насчет лица… — начала я. — С Фауривалем что-то не так, — опомнившись, покосилась на принца.
— Что с ним не так? — тут же заинтересовался Норвель.
Ладно, дальше ходить вокруг да около нельзя. Надо выкладывать все как есть.
— Я видела его возле вашего артефактного зеркала, — я повернула голову к Грэю.
— Которое на испытании висело в башне. Фауриваль подошел к нему… но в зеркале я увидела вовсе не его, а Улималя! Это… тоже эльфийский король, — промямлила я, окончательно растерявшись от волнения.
— Что за артефактное зеркало? — глаза Эдария чуть ли не полезли на лоб.
— Оно показывает истинную сущность, — хмурясь, пояснил Рагрияр.
— А может, все-таки умерших предков? — с сомнением предположил эльф.
— Что-то мне оно моих предков не показывало, — пробурчала я.
— Нет, Норвель, причем здесь предки, — покачал головой Грэй. — Оно показывает то, что скрыто, снимает мороки.
— Что, хочешь сказать, что мой отец ходит в мороке? — чуть ли не с вызовом бросил эльфийский принц.