Эльфы так вообще были в шоке. Оказалось, что больше тысячи лет ими правил один и тот же тиран, к тому же являвшийся дето-внукоубийцей.
— А если сложить два и два, напрашивается еще один вывод, — заговорил Рагрияр. Светло-голубые глаза моего альфы полыхали мрачным огнем. — Улималь всячески старался сорвать мой отбор, а при возможности и убить меня самого. Не так ли, Киниэдалл? — Грэй в упор посмотрел на эльфа.
Тот моментально сошел с лица, побелел как полотно.
— Я слушаю! — потребовал ответа Рагрияр. — Не заставляй меня думать, что мы напрасно спасли твою никчемную жизнь.
— Что это Улималь, я даже предположить не мог! — пролепетал эльф, судорожно сглотнув. Кажется, под изумленно-осуждающими взглядами соплеменников ему хотелось провалиться на месте.
— Я тебя не о том спрашиваю! — рыкнул оборотень. — А о покушении на меня, на невест.
— Да, — еле слышно выдавил Киниэдалл. — Я расскажу все, что знаю. Еще давно Фау… Улималь подкупил графа Ломпэйна, оплатив его долги. Тогда графом еще был отец Яртана. Что именно тот делал для Улималя, я, по правде говоря, не знаю.
Яртан убил одну из выбывших невест. Однако остальные так и не разбежались в страхе. Потом граф предложил мне ограбить караван, везущий золото в замок герцога. Мне деньги тоже были нелишними. Только и эта затея сорвалась. Я нанял банду. Мы ждали в заброшенной деревушке неподалеку.
Наверное, было бы лучше, если бы вместо возвращения домой я пошел к вам, ваша светлость, — он вновь посмотрел на Рагрияра, — и рассказал, все, как есть.
— Не пачкай имя моего отца! — прорычал Норвель.
— Прошу прощение, ваше высочество, — Киниэдалл виновато опустил глаза. — Никак не привыкну. Конечно же, я хотел сказать «Улималь». Так вот, этот мерзавец за верную службу наградил меня тем, что включил в число жертв в своем поганом ритуале. Откуда Улималь узнал о ритуале переселения остается только гадать.