Вздохнув так, что я ощутила спиной движение его грудной клетки, выдохнул и прижался теперь уже носом к моей шее. И руку сместил выше, накрыв грудь."
"Я едва не зашипела от того, что некоторые органы моего тела жили отдельно от мозга. По крайней мере, против моей воли, мои соски заныли, затвердели и уткнулись в горячие ладони.
Бог мой, вот ведь стыд и срам!
А Глеб ответил совсем другим затвердением. Причем моментально ответил, да так, что я дернулась куда более активно, собираясь сбежать из-под одеяла.
То самое затвердение многозначительно уперлось в мою попу.
– Не трону... Я просто поглажу чуть-чуть... Не бойся меня, девочка, – бормотал мужчина, а его пальцы аккуратно ласкали и сжимали поочередно то левую грудь, то правую.
Было горько и обидно из-за того, что я так быстро сдалась. Я едва ли не рыдала, но мой всхлип превратился в негромкий стон, когда свободную руку Глеб просунул между мной и матрасом и накрыл ею мои трусики.
– Глеб Алексеевич, это перебор! – прошипела я, но мой голос казался мне чужим, слишком сиплым.
– Два туза и дама – перебор, – бормотал Глеб мне на ухо, – а у нас с тобой здесь самый настоящий флеш-рояль, девочка
Я ничего не смыслила в картах. Но судя по голосу Широкова – комбинация хорошая.
О картах я перестала думать, когда пальцы Глеба сдвинули ткань и оказались глубже. Удивительно нежные пальцы, но требовательные.
Чертов картежник! Скорее всего, он самый настоящий шулер, с такими-то умелыми пальцами!
Я охнула и ладонью вцепилась в руку Глеба, чтобы оттолкнуть ее. А мужские пальцы скользили внутри меня, заставляя мысли испариться. Хорошо, что меня никто не видел, потому как я дико смущалась, краснела, и пришлось крепко зажмурить глаза. Мне было жутко стыдно... и вместе с тем невероятно хорошо. Тело таяло и плавилось под умелыми ласками.
Я далеко не сразу поняла, что странный звук, вспоровший тишину комнаты, принадлежит мне.
Я попыталась закрыться, сдвинуть ноги, сбросить Глеба с себя. Однако сама же вцепилась в его плечи пальцами и ощутила, как прикосновения стали еще глубже, сильнее, неистовее. Глеб гладил меня там, ласкал откровенно, напористо, не оставляя шанса одуматься.