Купюры с шелестом ложились в лоток, и наполнять его пришлось трижды, пока Бекет не рассовал по карманам более тридцати тысяч динаров.
– Что ты делаешь? – спросила Амалия.
– Ах да, возьми тоже… – Бекет сунул интрессе несколько крупных банкнот. – Спрячь это. Пусть будут при тебе. Это деньги, малышка. Я понимаю, что ты привыкла к монетам, у нас они тоже есть, но их хождение ограничено и все пользуются вот этими картинками.
– Какие они красивые… – восхищенно произнесла Амалия, рассматривая одну из банкнот.
– Об этом потом. Нам еще нужно купить одежду.
Бекет подхватил с пола ранец, взял Амалию за руку и потащил к выходу из банка.
– Нам нужно купить одежду, в нашей мы слишком заметны.
– Мой охотничий костюм стоит очень дорого, и если бы ты вернул мне шляпу…
– Здесь никто не ходит в охотничьих костюмах, дорогая.
Приметив череду вывесок магазинов готовой одежды, Бекет повел Амалию в этом направлении, интрессе же здесь было интересно все. Она вертела головой, восхищаясь бегущей строкой рекламной панели, продающими напитки автоматами, гудящей машиной, которой уборщик освежал в зале полы.
– Тут все так необычно, Джек! Я чувствую себя как в сказке!
– Да уж, – усмехнулся Бекет. Он не видел этой «сказки» три года, но отсутствие не показалось ему долгим. – Читай, Амалия, здесь написано – «Лангория Прево»…
– Это буквы?
– Буквы. Начинай учиться, здесь никто не говорит по-ансольтски.
– Совсем никто? – не поверила Амалия.
– По крайней мере я таких не знаю.
Они вошли в магазин, и молодая женщина с доброжелательной улыбкой на лице шагнула им навстречу.
– Могу я вам чем-то помочь?
– Нам нужно подобрать одежду для этой девушки. Не слишком много, чтобы вошло в небольшой чемодан.
– Понимаю. На какую сумму рассчитывать и как вы будете платить?
– Рассчитывайте на полторы тысячи. Оплата наличными.
– Ваша спутница иностранка, сэр?
– Да, – нехотя признался Бекет, втайне надеясь, что его не спросят, совершеннолетняя ли она.
Пока женщины занимались подбором туалетов для Амалии, общаясь на смеси киссейских и ансольтских слов, дополняемых жестами, Бекет прошелся вдоль вешалок с мужской одеждой, уверенно сбрасывая на руку брюки, пиджаки и рубашки «Вернон». Эту марку Бекет любил за спортивный покрой и практичность. Это была его спецодежда.
В этих предпочтениях был и свой минус.