Сам он устремился к двери, и я поспешила за ним, не забыв поблагодарить хозяйку кабинета за кофе.
По дороге я начала было приставать к Виктору с вопросами, потому что его попытки объяснить свою гипотезу в кабинете провалились, но ничего нового от него не услышала.
Алия жила в частном доме на окраине. Деревянное строение стояло тут много десятков лет. Краска давно облупилась, и лишь небольшие серовато-зеленые пятна на досках напоминали о том, что какое-то покрытие некогда все же присутствовало на фасаде. С крыши возле водосточной трубы одиноко свисала длинная кривая сосулька.
Субботкин толкнул створку железных ворот, и она со скрипом поддалась. Маленький двор был завален кирпичами, остатками шифера и каких-то труб, при этом ничего похожего на ремонт снаружи не наблюдалось. Из-за кучи песка, припорошенной снегом, вдруг выскочил серый толстый котяра и молнией бросился к крыльцу, здорово нас перепугав.
Мы направились за ним и вскоре стучали в деревянную дверь, неумело утепленную по канту чем-то вроде ваты.
Наконец на пороге предстала хозяйка. Молодая женщина лет тридцати на вид. Темные волосы подстрижены в модное каре, светлый свитер с высоким горлом и голубые джинсы – все в ней было настолько аккуратно, что эта картинка никак не вязалась с внешним обликом ее жилища.
– Проходите, – пригласила она.
Кот в ту же секунду прошмыгнул в дом, будто ждал приглашения хозяйки.
Как только мы переступили порог кухни, кареглазая девочка лет шести выскочила из-за стола, прихватив с собой тарелку.
– Присаживайтесь, – предложила хозяйка.
Субботкин пристроился на старый табурет, мне достался венский стул. Лак на нем облупился, зато на сиденье была заботливо постелена тонкая вязаная подушка.
Не задавая лишних вопросов, хозяйка поставила на стол три чашки с чаем. Я обратила внимание на чистую выглаженную скатерть, милые кружевные занавески, подоконник без следов грязи или пыли с двумя кактусами в пластиковых розовых горшках.
Из соседней комнаты раздался детский смех, и вскоре в кухню украдкой заглянул коротко стриженный мальчонка.