Исключено! Для него их не существует. Пусть Алекс думает, что я все-таки сделала аборт тогда. Как он и хотел…
- Но я успею сама отвезти вас в детсад, - подмигиваю мальчикам, чтобы хоть как-то утешить.
Их почти синхронные улыбки греют душу. В такие моменты верится, что все будет хорошо.
Отпускаю няню, помогаю детям собраться – и везу их в лучший в городе частный детский сад с уклоном на английский язык. Передаю обожаемых малышей воспитателю и некоторое время провожаю их взглядом.
Зарядившись приятными эмоциями, можно отправляться в деловой ад.
***
В компанию Крестовского прибываю впритык, чудом не опоздав из-за детсада и пробок.
Бегу по коридору к нужному мне кабинету, на ходу копаюсь в сумке, выуживая папку с документами и мобильный. В определенный момент ощущаю жар в груди. Он стремительно заполняет все мое нутро, грозясь выжечь изнутри.
Странное ощущение, похожее на предчувствие, заставляет меня вскинуть голову и посмотреть прямо перед собой.
Резко останавливаюсь, замираю буквально в шаге от Алекса. Еще бы пару секунд – и я точно врезалась бы в него, угодив в крепкие мужские руки.
Алекс стоит у двери, перегородив путь своим огромным телом. Он будто поджидает именно меня, спрятав ладони в карманы и вальяжно облокотившись о выступ стены.
Самоуверенный, холодный, без тени улыбки на лице.
Чужой.
Возвышается скалой, будит болезненные воспоминания.
Когда-то я чувствовала себя такой маленькой и хрупкой рядом с Алексом. И мне это нравилось. Сильнее меня физически, опытнее, старше, он казался защитником. Единственным человеком, к которому я могла обратиться за помощью.
Брошенная всеми, я думала, что нашла в теплых объятиях Алекса свое пристанище. Место, где меня никто больше не обидит.
Как же я ошибалась…
Выбросив неуместные мысли из головы, приветствую конкурента легким кивком головы.
- Добрый день, Богдана Алексеевна, - обволакивающе тянет каждое слово.
Пока я вслушиваюсь в родной голос, Алекс открывает дверь и пропускает меня вперед. Как бы невзначай проводит пальцами по моей спине вниз, словно отстукивая ритм, а напоследок укладывает ладонь на мою поясницу, задерживаясь неприлично долго.
Делаю вид, что ничего не замечаю.