Выпаливает она, глядя на инквизитора, и кажется он впервые в жизни ей одобрительно кивает. Точно как учитель ученику, которого превзошел ожидания. Принцесса чудом сдерживает слезы, сжимает кулачки, а затем оборачивается к своему отцу.
— В уплату моего долга за дважды спасенную жизнь отпусти Сири, прошу! — выдает принцесса, и у меня мурашки идут по коже, потому что, эта маленькая девочка, казавшаяся еще вчера недалекой и эгоистичной, действительно, повзрослела.
Боги, не каждый взрослый сможет пойти на такой шаг, какой сейчас делает она.
Да, мы истинные, и это самый большой аргумент в нашу пользу, но в мире достаточно подлецов, готовых на это плевать и совать палки в колеса из принципа ""да не достанься же ты никому"". Но Мия, несмышленая и избалованная, как оказалось, намного выше этого.
И даже ее отец ловит легкий шок от такого поворота.
— Тогда и я выскажусь, — тишину разрезает другой голос.
В этот раз кольцо оцепления прорывает своей гудью сам принц.
Окидывает взглядом меня и наставника, и ровно, как и его отец, задерживает взгляд на наших сплетенных с инквизитором пальцах.
Ему это не по вкусу. Хмурится, и я напрягаюсь от мысли, что он сейчас сломает все то, что построила отважная принцесса.
— И я отдаю свой голос за свободу Сири и наставника, отец.
— Дарэн! — багровеет король пуще прежнего, но наследник, невзирая на это, продолжает.
— Наставник всегда учил смотреть на ситуацию со всех сторон.
— Достаточно! — рявкает король, которому вовсе не по нраву эти пылкие речи, кидает в меня взгляд, только вот уже не такой колкий, а затем смотрит на моего мужа.
Точнее моего будущего мужа, если мы выживем. А если не выживем, то я ни о чем не жалею!"
"— Значит, ты не отступишься от этой женщины, даже если я найду способ свести эту метку? — прищуривается король, глядя на моего дракона.
— Не истинность нас связала, а любовь. Ее не свести.
— И ты готов бросить все, чего добился потом и кровью, и просто уйти, лишь бы сохранить ее?
— Не задумываясь. — отвечает Эйрал, и вновь зависает пауза.