«Это же надо так ненавидеть русских! Хуже немцев! И что такого лично ему, Уно Калдме, мы сделали?»
Сон сморил-таки Егора Ивашова где-то в половине второго.
А ровно в четыре утра его разбудил рядовой Зозуля:
— Вставайте, товарищ младший лейтенант. Пора!"