Большую часть дня он провел в кабинете, глядя на портрет отца. Разговаривая с ним много часов подряд. О троих детях, которых родила ему жена. О браках своих братьев и сестер и об их ребятишках. О своей матери. О том, как она занялась живописью, проявив в этом занятии немалые способности. О Кейт, о том, как она освободила его душу, и о том, как он сильно ее любит.
Именно этого отец и желал для него. Для всех своих отпрысков.
Часы на каминной полке пробили двенадцать.
– Вот и все, – прошептала Кейт. Энтони кивнул.
– Идем в постель.
Кейт ответила сияющей улыбкой.
– Именно так ты решил отпраздновать свой день рождения?
Он взял ее руку и поднес к губам.
– Лучшего способа я не смог бы придумать. А ты?
Кейт покачала головой и, смеясь, побежала к кровати.
– Читал, что еще она написала в последней колонке?
– Эта особа? Уистлдаун?
– Она.
Энтони оперся руками на край кровати по обе стороны от жены и плотоядно ухмыльнулся:
– Что-то насчет нас?
Кейт покачала головой.
– Тогда мне абсолютно все равно.
– Это насчет Колина.
Энтони сокрушенно вздохнул:
– Она уделяет Колину слишком много внимания.
– Может, она к нему неравнодушна?
Энтони закатил глаза:
– Леди Уистлдаун? Эта старая кляча?
– А вдруг она не старая!
Энтони презрительно фыркнул.
– Она морщинистая старая ведьма.
– Вовсе не знаю, – возразила Кейт, уворачиваясь от его объятий и ныряя под одеяло. – Думаю, она довольно молода.
– А я думаю, – объявил Энтони, – что сейчас мне вовсе не хочется рассуждать о леди Уистлдаун.
– Неужели? – хмыкнула Кейт.
Он лег рядом и положил руку ей на бедро.
– У меня на уме кое-что получше.
– Получше?
– И намного, – заверил Энтони, прикусывая мочку уха Кейт. – Гораздо, гораздо, гораздо лучше.
В маленьком, элегантно обставленном домике, неподалеку от Бриджертон-Хаус, женщина… не первой молодости, конечно, но ни в коем случае не морщинистая старая ведьма села за письменный стол, положила перед собой листок бумаги и окунула перо в чернила."
"На бумаге появилась первая фраза:
«Светская хроника леди Уистлдаун. 19 сентября 1823 года. Ах, милый читатель, до автора дошли слухи…»"