Нет, я не стыдилась своего внешнего вида. Мне вообще было фиолетово, кто и что думал. После смерти мамы все вокруг потеряло значение. Все краски из жизни пропали, осталась лишь беспробудная серость и тяжелый груз вины, который, словно могильная плита, давил на грудную клетку, препятствуя каждому вдоху.
— Хммм, — мужчина как-то неоднозначно хмыкнул, когда я появилась перед ним в гостиной. Осмотрел меня с ног до головы и покачал головой. Ох. Ну, конечно. Куда мне до него. Он, на мое удивление, тоже успел переодеться и теперь стоял весь такой идеальный, в чёрных брюках с выглаженными стрелками и такой же идеально выглаженной рубашке с расстёгнутыми верхними пуговицами.
— Пойдем, — он кивнул на выход, и все мои надежды в очередной раз рухнули. Потому что его, судя по всему, вот вообще не смущал мой внешний вид. Совсем. Нет, я выглядела неплохо, но явно не для тех мест, где он привык проводить время.
Ехали мы молча, тишину нарушала лишь тихая музыка, доносящаяся из динамиков. На город уже опустилась темнота, и улицы освещали ночные фонари. Когда-то я любила прогулки по ночному городу, любила поездки на машине с превышением скорости вместе с Димкой. Я много чего любила. При мысли о бывшем сердце неприятно сжалось. Все-таки не прошла наша встреча бесследно.
Появился спустя два года и думал, что я что? Прыгну к нему в объятия? Прошлая я, возможно, и прыгнула бы.
Димка для меня вообще кумиром был. Красивый высокий брюнет с серыми глазами и улыбкой, от которой все девки чуть ли не сознание теряли, бархатный голос, от которого коленки подрагивали, он был душой компании, а я, как идиотка, гордилась тем, что он мой.
Как-то в воспоминаниях о прошлом пролетел путь к ресторану, в который привез меня Леша. В освещенном фонарями пространстве было сложно понять, где мы находились, но мне почему-то казалось, что за чертой города.