Особенно меня как капитана. Мои заслуги такие же, как и достижения других игроков.
– То есть задавать вопрос о том, кого ты считаешь в команде самым перспективным, не имеет смысла?
– Нет, – ответил Литвинов и взял Костенко за руку, чтобы проехать еще один круг.
Аня крепко сжала его пальцы и, набрав в легкие больше воздуха, оттолкнулась от борта. Николай аккуратно обогнул стоявшую на их пути толпу подростков, проверив, не зацепили ли они кого-то. Он находился на метр впереди нее, однако стоило им выбраться в более-менее свободное пространство, как они выровнялись.
– Хорошо… Тогда скажи, почему ты выбрал именно хоккей?
– Отец привел меня на лед, когда мне было семь. Возможно, на начальных порах я не осознавал всех прелестей этого вида спорта. Думаю, ты сама уже убедилась, что такое впервые встать на коньки. Но с течением времени я понял, что хоккей – это свобода, скорость, драйв. Подержав однажды клюшку в руках, ты уже не сможешь отказаться от нее.
Костенко улыбнулась и заглянула Литвинову в глаза: в них виднелось лучистое сияние.
– Что ты чувствуешь, когда шайба от твоей клюшки попадает в ворота?
– Полагаю, каждый хоккеист в этот момент ощущает разнообразный спектр положительных эмоций. И я не исключение.
– В недавнем матче я видела искры в твоих глазах, словно держать клюшку в руках – твоя жизнь.
Снова Костенко попала в точку. Николай на мгновение притормозил и огляделся.
– Просто для меня лед – это родная стихия. Пожалуй, я даже могу сказать, что это мой дом. Я стараюсь отдать всего себя, чтобы внести вклад в развитие команды и одержать победу над соперником.
– На льду ты стараешься играть аккуратно. Но бывают моменты, когда тебя удаляют с площадки. Это все всплеск эмоций?
– Аккуратность – дело случая.
– И ты готов их нарушать, если потребуется?
– Вполне, если это не сильно навредит команде. На грубые нарушения я никогда не пойду, потому как они караются дисквалификацией до конца матча. Это неоправданный риск.
Они проехали еще несколько кругов, постепенно наращивая темп катания.