— Теперь ведь не отцепятся, а я не дурак, чтобы не просчитать последствий! Еще эти твои вызволители нарисовались! Ламорский один чего стоит! Только вот из-за драконов проблемы возникли, они мне их и решат! К тому же графство твое им не нужно, так что я без труда получу нужные мне земли, как отступные.
— Что вы такое говорите? — соображалось с трудом.
— Приходи в себя, говорю. И если не хочешь, чтобы твои друзья умерли, причем мучительно, завтра ты выйдешь замуж за того, на кого я укажу! — Он развернулся, чтобы уйти, но все же решил меня добить: — Фамильяра своего ты из-за своей глупости уже потеряла, так хоть этих, — взмах в сторону соседней камеры, — пожалей.
Последняя фраза этого гада меня добила. Я свернулась калачиком и — нет, не плакала: меня плотным коконом окутала апатия. Морально было так плохо, что это состояние, пожалуй, помогло хоть как-то пережить поднявшуюся внутри бурю.
Когда рассеялся поставленный мужчиной в капюшоне полог у камеры парней, не знаю. Как только Лягух вышел из подземелья, все магические шары погасли, и мы оказались в кромешной тьме.
Я долго не могла заснуть, апатия хоть и выключила все мои эмоции, не мешала думать и гонять по кругу невеселые мысли. Хуже всего, что я не была уверена, что моих друзей отпустят. Хотя… Лягух же не знает, что они рванули ко мне, никого не предупредив, может, и поостережётся радикально решать проблему.
При мысли о драконах в памяти тут же всплыл образ Криса.
Крис… Поцелуй с ним что-то перевернул во мне, разрушил внутренние запреты, что с драконами связываться нельзя, что я хочу вернуться домой на Землю и отношения в этом мире мне ни к чему, и много других глупых мыслей.
Последняя мысль, наконец, пробила безэмоциональный кокон, и я расплакалась. Слезы беззвучно лились из глаз, но больше всего задевала собственная беспомощность. Ощущать себя тварью дрожащей особенно больно и… неправильно.