— Как это не с кем? Пошли со мной!
— Тебе что, Мариэлла отказала? — удивилась я, вспоминая блондинку с целительского, о которой Грег грезил почти с самого поступления и с которой у них вроде бы налаживались отношения.
Парень скривился, как от зубной боли, и неохотно ответил:
— Да все эти гадские драконы… Один такой ее поманил, и она сразу же побежала!
— Тогда моя кандидатура на бал тебе точно не подходит, — заявила я.
— Это еще почему? — опешил он от такой категоричности.
— Да потому, что если парня бросила де… — я поглядела на скуксившегося парня и поправилась: — если парень решил идти на бал с другой девушкой, то она однозначно должна быть эффектнее предыдущей! Чтобы первая локти кусала, какого перспективного кавалера профукала! А если этот парень придет с такой, как… я — сглотнула вязкую слюну и продолжила: — то он может дождаться от этой девушки лишь обратных эмоций.
— Ты так думаешь?
Хуже всего, что я и правда так думала, а потому тяжело вздохнула и кивнула.
— А мне все равно! — внезапно заявил Грег.
Я на это только махнула, мол, не говори глупостей. А про себя подумала, что зря девушек обзывают сплетницами. Парни тоже любят языком почесать чуть ли не больше.
— Грег, я уже сказала: на бал не иду!
— Да почему?! — всплеснул он руками.
Меня его настырность уже успела здорово достать, да и неприятно снова затрагивать эту тему. Для себя я уже все давно решила, а тут опять. Потому я вспылила:
— Потому что не хочу весь вечер ловить удивленно-брезгливые взгляды и слушать за спиной ядовитые замечания в свой адрес!
В комнате повисла звенящая тишина, и стало слышно, как за окном завывает вьюга.
— Знаешь, я думал, что ты не обращаешь на все это внимания, и тебе все равно, что о тебе думают недалекие люди… — тихо проговорил Грег.
— Человек — существо социальное. Ему по определению не все равно, что о нем думают и говорят, особенно если это делают так демонстративно, — вздохнула я и погладила Тигра, который вскочил мне на колени и так проникновенно заглянул в глаза, что я чмокнула его в нос и прижала к себе чуть сильнее. — Мне пришлось нарастить внутреннюю броню и научиться не принимать близко к сердцу, но это не значит, что это меня не задевает.