— Ты дурочка??? Он шляется, а ты ревешь, и слова боишься ему сказать?
— Сил не было, — мямлю, к собственному стыду, взгляд пряча даже от подруги. — Мне так плохо стало, так горько, что смолчала. Не смогла. Это же разговор неприятный выйдет, а у меня поджилки трясутся, и двух слов от нервов не могу связать.
— Лика! Ты тряпка! — категорично и в лоб.
— Знаю, — утыкаюсь носом в сложенные на столе руки, — тряпка, слабачка и наивная чмошница.
— Ты его выгонишь? — боевой тон подруги меня настораживает.
— Что значит «выгонишь»? — осторожно поднимаю глаза.
— То и значит! — воительница решительно кивает. — Пинками под задницу и вещи из окна вышвырнуть. Пусть идет к своей шаболде!
Вот тут мне становится по-настоящему страшно. Вдруг он действительно уйдет? Что если выберет ее? Бросит меня. И мы разведемся.
От ужаса сковывает так, что даже моргать не могу:
— Нет, нет, что ты! — машу руками, чуть не свалившись со стула.
— Как нет??? — бушует Наташа.
— Нат! — стенаю, давясь слезами, — я люблю его! Жить без него не могу. Не хочу! Он — мое все.
— Ну, точно дура! — обреченно и неверующе. — Молодая, красивая, не обремененная детьми. Жилье есть, работа есть. Все у тебя есть для нормальной жизни! — праведно негодует. — Уж носителя члена с бубенцами найдешь в мгновение ока!
— Да не нужен мне никакой член и бубенцы! Как ты не понимаешь?! Я Стаса люблю.
— Угу. И коньки в один день отбросить, — цинично ухмыляется она.
— Да!!! — мне не до смеха. Я ведь не шучу!
— То есть, ты его так любишь, что готова простить поход налево? — вскидывает недоуменно темные брови подруга. — Может и не единожды? — добавляет значимо, но осторожно.
Сердце больно колет. Горько во рту, а в животе горячо.
Что если она права? Что если эта “Валера” — не первая связь за моей спиной?
— Я без него не могу! — повторяю, сердито насупившись.
— То есть проглотишь? Простишь козла? — допытывается мрачно Ната.
— Прощу! — киваю удрученно, а самой хреново так, что не продохнуть. Как простить, когда сердце кровью захлебывается??? Но без Стаса не представляю своей жизни.