Я бы и столы перевернула, и диваны отпинала, но мебель так изящна, что меня остановил страх её сломать: я же не варвар. И гнев надо обращать на его причину!
Но когда спустя невыносимо долгое время в стене прорезаются двери, я застываю, не в силах броситься к ним. Вдруг становится чудовищно страшно: кто идёт за мной? И если Арендар, то какие новости несёт?
Двери распахиваются, сияние светильников ложится на мрачное лицо Арендара. Он смотрит вниз, будто прячет взгляд. Сердце застывает. Я выдавливаю:
— Ника?
Её имя взрывает звенящую тишину, но та снова наваливается на нас.
— Что с Никой?! — Подскочив к Арендару, вцепляюсь в его золотое одеяние, дёргаю.
— Что с ней?
Сильные руки прижимают меня к нему.
— Тебе лучше с ней увидеться, — произносит Арендар на ухо.
— Пусти, пусти! — я рвусь к выходу.
Подхватив меня на руки, Арендар в мгновение ока взлетает по лестнице, проносится сквозь роскошный холл.
— Что с ней? Что с ней? — повторяю я. — И с Пушинкой?
— Твой паразит жив, но Ника… — его голос теряется в шелесте крыльев.
"Мощных крыльев, молниеносно доставляющих нас к больничному корпусу. От волнения в руках и ногах страшная слабость, я почти благодарна, что Арендар раскрывает передо мной дверь, но когда на лестнице пытается поддержать, зло выдёргиваю локоть.
На втором этаже бросаюсь на звук голосов. Палата, ширмы, у одной из коек стоят мисс Клэренс и Огнад в жутком виде лича. Они закрывают от меня своего пациента, но я узнаю выглядывающие синие рюши и туфельки, перемазанные землёй.
Огнад и мисс Клэренс расступаются: Ника бледна, точно постельное бельё, и от этой нездоровой белизны чёрные разводы на её коже кажутся нестерпимо яркими.
— Вы что-нибудь можете сделать? — с надеждой смотрю на Огнада.
Его лицо-череп размывается пеленой слёз. Но я хорошо вижу, что он отрицательно качает головой. Хриплый голос наполняет палату:
— Её ранил вестник Бездны, я бессилен.
Горячие руки Арендара сжимают мои плечи. Я дёргаюсь, пытаясь освободиться, но не выходит. Полуобернувшись, шепчу-рычу:
— А ты можешь что-нибудь сделать? Ты же самый крутой дракон!
Отвечает мисс Клэренс:
— Её магия истаивает вместе с жизнью…
Но я продолжаю сверлить взглядом Арендара, повторяю:
Неужели совсем ничего нельзя сделать?
Арендар ощупью находит мою ладонь, сжимает.
— Я наполню Никалаэду магией, чтобы она очнулась и попрощалась с тобой, передала что-нибудь родным.
— Но выжить… — голос срывается.
— Повреждения слишком сильны, что бы мы ни делали — это лишь отсрочка.