Как он незаметно подкрался. И даже Пушинка своим «Оии» не выдала его появления!
— Руки убери, — получается почти рык.
— Лера, не надо вести себя так, словно я враг.
— Прекрати обращаться со мной, как с ребёнком… — Сдерживая раздражение, почти мирно спрашиваю: — Что с Никой?
— Всё получилось. Но потребуется время для восстановления: то проклятие её почти убило, и даже кровь двух архивампиров не может так быстро справиться с повреждениями.
Помедлив, Арендар опускает меня на удивительно тёплую постель.
— Оиии… — доносится издалека.
Похоже, Пушинку он оставил на диване, где мы с ней задремали.
— Что-нибудь выяснили о нападавших?
— Ничего ценного. Связи Малри проверяют. Изменение в твоё расписание действительно внёс он.
— Вот видишь, это была не только моя вина.
— И всё равно тебе надо было уточнить расписание у Дариона.
— В следующий раз так и сделаю.
— Следующего раза не будет.
От злости перехватывает дыхание, но я усмиряю себя мыслью, что, возможно, Арендар так оптимистично уверяет, что впредь попытки убить меня будут пресекаться на корню.
— А кто… кто были те трое, что на меня напали?
— Элида Флос, Розалинда Фернау, Ларгетта Совинар. Второй и третий курс, обедневшие дворянские семьи. Они общались с Никалаэдой.
Элида и Розалинда — те самые девушки, к которым мы ходили в гости на чай. Весь вечер общались со мной и тут же попытались убить.
— Но почему?"
"— Зависть.
Пушинка вкатывается в дверной проём. Болтая лапками, усиленно катится к громадной кровати. Проскочив мимо Арендара, подхватываю Пушинку на руки. Первый мой шаг — назад к Арендару, но тут же меняю направление и возвращаюсь в основной зал на диван, ставший мне постелью на остаток ночи.
— Лера, тебе надо поспать, — Арендар отправляется следом за мной.
От того, как он нависает надо мной, неуютно, но я с независимым видом поглаживаю Пушинку и продолжаю выведывать:
— Неужели эти девушки настолько глупы, что решили напасть просто из зависти? Ты что-то им обещал, что моё появление нарушило их планы? Они же могли вылететь из академии.
— Малри, как менталист, умело подогревал их злобу. И я, конечно, ничего не обещал, но многие лелеют надежду стать моей избранной женой или любовницей, а ты… — Он улыбается, взгляд теплеет. — Твоё присутствие разбивает их мечты вдребезги.