Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы заставить недовольных тихо отступить. Беру его за руку. Пушинка гордо вышагивает к крыльцу, помахивая необъятно пушистым хвостом и крутя ушами с золотыми кисточками. Встав на задние лапы, она открывает дверь и выпускает на улицу девичий крик:
— Да видела я их! Видела! Клянусь, они были тут! Много!
Глава 37
— Думаю, тебе нужно обратиться к мисс Клэренс, — настойчиво советует второй голос. — Может, над тобой кто-нибудь из менталистов пошутил, когда ты по городу без академического браслета гуляла.
— Я не сумасшедшая, и это не иллюзия, они действительно есть!
Заметив Арендара, спорящие девушки отступают. Помявшись, делают неглубокий книксен, так и говорящий: мы знаем, что по правилам академии его здесь не делают, но не осмеливаемся не сделать.
— Пиф. — Пушинка бодро взбегает по лестнице.
Лишь слегка кивнув, Арендар вместе со мной поднимается на этаж и входит в прилежно охраняемую комнату. Прислоняется к закрытой двери. Тихо. Мы с Пушинкой внимательно на него смотрим.
Что сказать? Попрощаться? Поблагодарить? Поинтересоваться о времени следующей встречи? Пригласить? Пробую представить, что бы посоветовали подруги… вынести мозг или приласкать. Последнего мне хотя бы хочется.
Приближаясь к Арендару, в три шага отогреваюсь от сковывающего меня напряжения, прижимаюсь к его груди. Он гладит меня, словно кошку, но, кажется, готов мурлыкать сам. У него безумно горячие и ласковые руки, они скользят по волосам, плечам, спине, и снова по волосам, а сердце стучит, почти захлебываясь от нежности.
Он исчезает в языках золотого пламени, и лишь в последний миг замечаю на его руке горящий символ рода. Значит, вызван самим императором.
* * *Наполеоновские планы закончить с заданием по менталистике рушатся под натиском посторонних мыслей. Кажется, никогда уроки не давались мне с таким трудом. В голове то и дело звучат крики и слёзы родных Элиды, Розалинды и Ларгетты.
Обжигает глаза, слёзы пробегают по щекам и капают на бумагу. Меня всю сотрясает от первого всхлипа, за ним второго, третьего. Уронив голову на руки, отпускаю слёзы литься проливным дождём.
— Охо, охо, — Пушинка бегает вокруг.