Будь я магом поопытнее, наверное, смогла бы найти невидимую Пушинку, но пока остаётся лишь сдаться.
Выключив свет, забираюсь в кровать. В тепле под одеялом так хорошо, хоть и тоскливо до ломоты в груди, думать об Арендаре… Кровать проминается под тяжестью Пушинки. Одеяло с меня стягивают. Пушинка укладывается рядом, потирает лапки, и над нами возникает золотистое лицо Арендара. Он так близко, будто смотрит на меня. Но не обнять, ни просто прикоснуться. Сердце ёкает. Ещё столько ждать! Наворачиваются слёзы.
— Оиии, — вздыхает Пушинка.
— Самое настоящее оиии.
Из общежития выглядываю осторожно. На одной лавочке сидит Тарлон с сумкой на коленях, с другой стороны стоит Халэнн и смотрит на дерево таким взглядом, что удивительно, как то не замёрзло. Интересно, какой она дракон, ледяной, как принц Саран?
Пушинка, задев подол, просачивается мимо меня на улицу и потягивается, зевая и прижимая уши с ярко-золотыми кисточками.
— Доброе утро! — Тарлон взмахивает рукой и опасливо косится на Халэнн.
— Доброе. Халэнн, рада, что ты идёшь с нами.
Она молча разворачивается и медленно направляется прочь.
Тарлон, кивнув моим охранникам, подходит ближе.
— А твоя зверюшка сладкое любит? — Похлопывает по сумке. — У меня есть.
— Сладкое любит моя соседка Ника, а Пушинка магическое существо, она питается магией."
"— Понятно, почему она такая жирненькая.
— Пфф, — вздувается Пушинка.
— Такая пушистенькая, — исправляется Тарлон. Шагов двадцать спустя, кивнув на идущую впереди Халэнн, передёргивает плечами.
Теперь, когда надо мной не нависает перспектива совместной прогулки с Элоранарром, за почти шантаж становится так стыдно, что к щекам приливает кровь.
— Только не говори, — испуганно шепчет Тарлон, — что ты ещё и с секретарём старшего принца мутишь. Он, конечно, тоже дракон, но наследный принц лучше.
— Ещё императора мне предложи, — нервно посмеиваюсь я, вспомнив планы Повелителя.
Тарлон вздёргивает брови и придвигается ещё ближе:
— А что, есть шанс императора… хм, окрутить? Если так, то это было бы чудесно, так сразу…
— И ты, Брут! — Пихнув его локтем в бок, на этот раз, к счастью, без спонтанного усиления, продолжить не могу из-за нервного смеха.
— Кто такой Брут? — Тарлон оглядывается. — Нет никакого Брута, не знаю я таких, хотя знаю многих.