И это на самом деле очень ценная услуга!
Вдова приободрилась – впереди замаячил просвет. Брак консуммируют ночью, а до неё ещё много часов. Она успеет! Должна успеть…
Лир Томазо правильно оценил вспыхнувшее надеждой лицо знатной прихожанки, и вздохнул – портал и бумагу было жалко, но делать нечего – надо спасать ситуацию. Вернее, собственную шкуру.
И хоть ему не верилось, что графиня сможет забрать падчерицу – герцог украл девушку явно не для того, чтобы через два или три часа вернуть её обратно! – он решил, что поступает правильно.
Ему нужно думать о себе. И благодаря пожертвованным им артефактам, гнев вдовы на него, лира Томазо, в частности, и на храм, в общем, не распространится.
Может быть, получится выйти сухим из воды, а новый портал, и один или два листа драгоценной бумаги он себе ещё купит – средства и положение позволяют!
- Портал? – графиня облизнула пересохшие губы. – И бумага для сверхсрочных сообщений? Благодарю Ясноликую и вас! Лир Томазо, я никогда не забуду, что вы для меня делаете! Когда я верну парши… падчерицу, моя благодарность будет безгранична!
- Леди Сильвия, чтобы не терять время, пока я схожу за порталом и напишу записку для его величества, идите к дочери, – священник решил, что время разговоров закончилось, пора браться за дело.
- Я возьму с собой племянника, – спохватилась вдова. – Портал рассчитан на одного или двоих?
- На троих, – снова вздохнул прелат. – Сорок золотых отдал!
- Мы вам всё возместим, лир! Сколько нужно времени, чтобы сходить за артефактами?
- Десять минут.
- Хорошо. Значит, через двадцать минут мы с племянником будем готовы, – кивнула женщина и повернулась в сторону дочери. – Ильяна, где твоя душегрея и платок? Ты прямо сейчас уезжаешь домой!
- Наконец-то! – обрадовалась баронесса. – А ты?
- А мне придётся кое-куда съездить.
- Куда?! За Есенькой?
- Да, за ней. Я отправлюсь вместе с лордом Фабианом, и надеюсь, что к вечеру мы вернёмся домой уже втроём.
- И где моя сводная дура-сестра находится? – Ильяна даже перестала возиться с одеждой, ожидая ответа. – Надеюсь, ты понимаешь, матушка, что Есенька может испортить мою репутацию? Если она сбежала, а не, как ты говорила, её призвала Ясноликая… Я ведь права – она сбежала? С мужчиной?!
И баронесса даже зажмурилась от ужаса.