Только сжал кулаки и задышал как-то тяжелее, отчаянней, что ли.
Вика блаженно устроилась в объятиях Блайвора. Сердце обливалось кровью при каждом взгляде на Риндаля, но что поделаешь — не может же она любить двоих.
Заснуть не получалось долго. То ли из-за жалости к Риндалю, то ли на груди у Блайвора было слишком уж уютно.
Как провалилась наконец в сон, она не заметила. Казалось, даже глаз не закрывала, просто сморгнула, и Арканта возникла у изножья кровати.
Вика легонько толкнула Блайвора локтем.
— Я ее уже вижу, — шепнул он.
— И что она делает? — оживился мрачный, как потревоженный бизон, Риндаль.
— Смотрит на Вику и шевелит губами. Говорит: «Помоги!»
— А что еще?
— Ничего. Твердит одно и то же: «Помоги! Пожалуйста, помоги! Умоляю!»
— Чем же я могу ей помочь? — растерялась девушка.
— Спроси. Мне-то она наверняка не ответит, раз даже показываться не хочет.
Вика устремила на приведение пристальный взгляд — вроде как попыталась установить контакт:
— Арканта, как мне помочь тебе? Что я должна сделать?
Призрак снова зашевелила губами.
— Опять повторяет: «Умоляю, помоги!», — перевел Блайвор.
— Может быть, она хочет, чтобы за нее отомстили? — предположила Вика. — И тогда ее дух обретет покой.
— Думаешь?.. — Риндаль посмотрел с сомнением.
— Она бы хоть рассказала, что с ней случилось. Кому мы должны мстить? — резонно заметил Блайвор.
Скрипнула, открываясь, дверь в комнату. Явление третье: те же и Латона.
Увидев Вику в объятиях Блайвора, она аж почернела от злости.
— Эта сури у вас общая, что ли? — вопросила презрительно. — Только почему ходит не в желтом?!
На мгновение дара речи лишились все трое.
— Мне не идет желтый, — бросила в ответ взбешенная Вика. Хуже всего не сами по себе слова кобры,а что разнесет теперь сплетню на весь замок! В постели сразу с двумя мужчинами — как на нее теперь будут смотреть, что думать… — Зато желтый явно твой цвет — у ядовитых змей должная быть предупреждающая окраска!
Оба мужчины улыбнулись.
— О, да! Латона у нас должна ходить в цветах, которые видно за лигу, — подхватил мысль Блайвор. —
Кстати, — он повернул голову к двери, — хочешь стать моей сури? Ну же, решай — пока я щедрый.
Несколько секунд она сверлила мужчину взглядом безграничной ненависти. А затем удалилась с видом оскорбленной королевы. Дверь за ней затворилась сама — постарался кто-то из магов.
— Но ославит она меня теперь — как пить дать, — расстроенно вздохнула Вика.