Вот так и получилось, что 2005 год я встречал в компании приятных людей, среди которых оказались Андрей Мусатов и его подруга Юлия Пинчук. Теперь понимаете, для чего нужно было мое длинное нудное предисловие?
* * *Лев Александрович Аргунов обладал качеством, которое можно было бы назвать интеллектуальной лабильностью. Одним словом, он умел не застревать подолгу на обдумывании неприятной ситуации, и после периода острой и болезненной реакции довольно скоро наступало привыкание и примирение с неблагоприятными обстоятельствами.
Он не распускал персонал на Рождественские каникулы: завод должен работать бесперебойно и круглосуточно, поэтому за два дня до Нового года возвращался домой в настроении рабочем и собранном, а не радостно расслабленном, как бывает перед длинной чередой выходных. Жанна Васильевна встретила его спокойной улыбкой и сообщила, как и каждый день, что ужин готов и можно через пять минут садиться за стол.
– К тебе сегодня из милиции приходили, – сообщила жена, накладывая ему приготовленные на гриле овощи и мясо.
Аргунову показалось, что он на мгновение оглох и услышал что-то не то. Нет, не может быть, чтобы Жанна сказала «из милиции». Нет, только не это! Надо переспросить и убедиться, что речь идет о чем-то совсем другом.
– Откуда приходили?
Он с трудом взял себя в руки, но все-таки взял, мысленно твердя: «Я ослышался, ничего страшного, ничего не произошло.
– Из милиции. Тебя спрашивали.
Он смотрел на тарелку и не мог понять, что на ней лежит. И зачем это лежит на тарелке. И вообще, где он?
– Зачем?
Одно слово он все-таки смог выдавить, не очень хорошо понимая, уместно оно или нет.
– Да у них какие-то вопросы к тебе. Я на них, к сожалению, ответить не смогла. Что-то насчет не то машины, которую ты мог видеть, не то человека… В общем, у них что-то там произошло, кого-то убили, и нашлись люди, которые сказали, что видели тебя неподалеку. Вот в милиции и думают, что ты мог что-то видеть или слышать.
– Я ничего не видел!!! – почти заорал Аргунов.
И опомнился. Но совладать с собой уже не мог.