«Вы показали себя с воистину самой прекрасной вашей стороны, разрушив все наши стереотипы о современных юношах…»
«Я еще никого с Урана не встречал, Боже правый… Я его боюсь!»
«Пиши, умник!! Не расстраивай хозяйку!»
– Да-а-а? – протянула я с приятнейшей улыбкой санитара, который манил пальчиком сбежавшего больного. – Ну, не знаю… насчет тебя я и не сомневалась. У тебя явно какие-то инопланетные гены есть, Дэн. И у родственников твоих тоже. – Мне вспомнился супермолодящийся крутой дедушка, владелец ночного клуба, утонченно-жесткий Гарри в дорогом костюме и сумасбродная Инга.
– Не хочу быть тамадой. Мне это неинтересно, – твердо отказался он от моего предложение. – Одно дело – готовить что-то для близкого человека, а другое – для посторонних личностей.
– То есть ты все делаешь… Как это говорится… По вдохновению?
– Да.
– Да ты творческая личность! Поэтому ты такой странный!
– Я не занимаюсь творческой деятельностью.
– А чем ты занимаешься?
– Просто живу.
– Вот оно ка-а-ак, – протянула я, наслаждаясь каждой клеточкой своего тела нашей водной прогулкой. – А я для тебя – близкий человек? – спросила я, затаив на всякий случай дыхание.
– Мне трудно это признать, но да, – ответил он уже с печальным взглядом умудренного взглядом главврача все той же клиники, у которого на приеме сидели не менее печальные родственники больного, готовящиеся услышать печальную правду.
– Знаю я, о какой близости ты подумал, – проворчала я.
– Ой, Маша. И для кого из нас эта тема больная? – Смерч вновь взялся за весла. – Я имел духовную близость. А ты?
– Я тоже, – глядя на него честными глазами, сказала я, почувствовав себя не в своей тарелке.
– Не заостряй ты на этом внимания, – посоветовал он мне, делая мощные гребки. – Пусть все идет, как идет.
Эх, Смерчик, у меня ум за разум идет. Может быть, я боюсь.
– А я для тебя? – спросил он вдруг.
– Что ты для меня? – не поняла я сначала.
– Близкий?
– Становишься таким. Все-таки ты прав – нужно время, чтобы полностью привыкнуть друг к другу, – честно сказала я.