Нырнуть в темнеющую и еще пока холодную воду.
– Не надо!
– Ты же сама сказала. Я хочу, чтобы ты меня простила. Это хороший шанс. – Он потянулся к ремню.
– Денис Смерчинский! Хватит строить из себя героя! Прошу, – тихо добавила я, понижая голос. – Не надо, пожалуйста. Прекрати. Если ты это сделаешь, мне будет плохо. Денис, перестань, иначе я…
Он остановился. Так я поняла, как в нем проявляются его упрямство, чудно замаскированное улыбкой, и верность своим словам.
– Что?
– Я прыгну за тобой и утону. Не надо. Слышишь?
Он вздохнул.
– Точно?
– Точно. И не пугай меня так больше, истерик. Если ты не заметил, я слегка на водных пространствах теряюсь, – призналась я, с облегчением видя, что Смерч и впрямь остановился и сидит спокойный, с довольной-предовольной улыбкой заправского ежика-игруна.
– Ты – супер, – заявил он мне. – Тогда к берегу?
– Да.
– Там с тебя поцелуй.
– Если ты только футболку не наденешь, – нашлась я.
– Я могу вообще все снять с себя, – бессовестно предложил парень.
– Все, молчи!!
Когда мы оказались на земле, я вдруг поняла, что по цвету озеро напоминает глаза Дэна в полутьме.
Темно-синие глаза. Темно-синее озеро. В чем лучше тонуть? В озере или в его глазах?
В озере тонуть не хотелось.
И только уже там, на безопасном берегу, я осознала, что нужно иногда думать, прежде чем говорить – и не только в этой ситуации, а вообще всегда. Кажется, слова, сказанные вскользь, могут обидеть или ранить, даже если я не буду этого хотеть. Зато моя способность искать плюсы во всем все же заявила о себе – я вновь увидела его плечи и умилилась до дрожи в коленях.
– Слушай, кажется, я не могу назвать тебя Смерчем, – поделилась я вдруг своими мыслями с парнем, глядя на озерную воду.
– Почему? Теперь тебе не нравится и моя фамилия? – весело спросил Дэн.
– А чего она мне должна нравиться? – фыркнула я и вновь серьезным голосом, на который трудновато было решиться, проговорила: – Просто для меня слово «смерч» означает сметающий все на своем пути, большой, холодный и быстрый.