— Лейла, родная, — зовет меня бабушка Ясемин.
Она категорически отказывалась лететь с нами. Однако Бурак все-таки уговорил ее, ссылаясь на то, что первое время мне будет очень сложно привыкнуть к новой обстановке. Бабушка не хотела от слова совсем, но мой муж умеет убеждать.
— Что случилось? — интересуюсь я, замечая на лице бабули некую тревогу.
— Я тут с Нихан только что разговаривала... — начинает она. Глаза ее бегают. Руки, которыми она телефон сжимает, дрожат.
— И? — Мое сердце ускоряет ритм. Ощущения странные.
— Бабуль, идем? — появляется Али. Он полностью переоделся. То ли бабушка помогла, то ли сам справился.
— Сын, подожди. — Я не свожу взгляда с бабушки. — Ба?
— Голос ее мне не понравился. Она ничего такого не сказала, но, когда я спросила, где ее муж, мне показалось, что она начала плакать. Лейла, позвони сестре. Что-то неспокойно мне.
Прикусив губу, я мысленно мечтаю, чтобы бабушке показалось. Но она не из тех, кто делает из мухи слона. Поэтому.
Надеюсь, Эмре ничего плохого не сделал, не причинил боль моей сестре. Она же маленькая, хрупкая. Совсем не такая, как я...
Глава 47
— Лейла, ты почему так рано встала? Иди сюда, — сонным голосом зовет меня Бурак, и я неосознанно расплываюсь в улыбке.
— Подожди немного, — шепчу едва слышно. — Я сейчас.
— Что ты там делаешь? — ворчит он снова. И судя по звукам, переворачивается набок.
Ничего не ответив, я втягиваю носом воздух и поправляю теплый плед на своих плечах.
Сейчас я стою у большого панорамного окна, расположенного в нашей спальне, и наблюдаю за тем, как восходит солнце. Нереальное зрелище, освещающее весь город.
Эту ночь, как и другие до нее, мы провели с Бураком. Однако каждый раз я хотела поймать моменты единения с природой и запечатлеть картину, развернувшуюся перед нами в первое раннее утро. И сегодня мне наконец удалось это сделать.
Приложив ладонь к окну, я оборачиваюсь и вновь с удовольствием подмечаю детали интерьера нашего дома.
С тех пор, как наша семья переехали сюда, прошла пара недель. Мы полностью обустроились. Купили новые вещи. Мебель.