Но той мало было свободы, она хотела отомстить сестре и ее детям, которых теперь стало слишком много. Оттуда и пошла вечная вражда. Давно уже нет в живых матери первых Нагов. Но того, кто заклят жить, убить нельзя, она превратилась в Матри, живет в своих детях и защищает их потомство.
А его мать обезумела, нашла для своей ненависти лучший выход. Зачем убивать Нага? Это слишком просто. Чтобы заставить мучиться и уничтожить его, нужно убить его беременную ИматАани.
Плевать ему было, что мать безумна. Он делал свое дело.
Но когда живешь слишком долго, многое иначе видится, чем в самом начале. И разум поневоле начинает искать первопричину. И не сказать, что первопричина ему нравилась. Что-то начинало ворочаться в груди, когда он думал об этом.
Один мужчина и две сестры.
Много детей - значит, много любви мужчины. Возможно, мать люто завидовала сестре, потому что обречена была на эту любовь смотреть? Его мать использовала магию, чтобы ее дети были сильнее и могущественнее всех детей сестры.
Ревность, зависть, ненависть, месть...
Ему трудно было судить о тех временах, когда его еще не было. И даже если так, это ничего не меняет. Она его мать, из-за нее горит его сердце.
Но та же зависть жила и в нем. Хоть он и достиг величия, уничтожил великое множество Нагов и лишил их бессмертия, они неизменно превосходили его в одном.
Это оставалось недостижимым и заставляло мужчину морщиться от досады. У него было шесть сыновей, которых он назвал: Суммукха (красивое лицо), Сунама (красивое имя), Сунетра (красивые глаза), Суваркас (красивая энергия), Сурук (красивый блеск) и Субала (красивая сила). Потому что ни один красивым не был.
И все они сейчас мертвы, он пережил своих детей. Но остались потомки.
Которые мельчают с каждым поколением.
Один из его потомков только что приоткрыл дверь кабинета и нерешительно постучался.
- Войди.
И только потом обернулся.
На вошедшего он мог не смотреть, от него и так расходились во все стороны волны вины и страха. И это взбесило мужчину, налилась аура золотом, мелькнули за спиной огромные фантомные огненно-красные крылья. А голос, подобный теперь грохоту камнепада, произнес:
- Покажи,
Тот немедленно рухнул на колени, открывая перед ним свой разум.