И выдал, достав из сейфа, папе большие премиальные.
— Бери, Владимир Андреевич, потом по бухгалтерии проведу, тебе сейчас ой как понадобится. Ты представить не можешь, как мне жаль терять такого специалиста! Ладно, иди, спасай дочь. Бумаги твои оформлю как положено и характеристику высшей похвалы составлю, лично прослежу, чтоб переслали, когда адрес новый сообщишь.
Новый адрес — это неизвестность.
В аэропорту решили лететь в любой большой город, в тот, куда будут билеты на ближайший рейс.
Знаете, что им выбросила фортуна?
Ханты‑Мансийск! Вот так. Север.
А им там понравилось! Город оказался современным, интересным. А их чудо — концертный зал! А это скульптурное семейство мамонтов! А суперсовременные музеи и торговые центры, а новые микрорайоны!
Жили несколько месяцев в гостинице. Владимир Андреевич настоял, чтобы Кира поменяла фамилию. Он уговаривал поменять и имя, но Кира отказалась. Ее назвали в честь прабабушки, уникальной женщины, прошедшей через столько испытаний и ужасов своего времени, но познавшей и великую любовь! Своего мужа она дождалась и из лагерей, и с войны, и прожила с ним пятьдесят пять лет!
Нет! Имя она менять не станет! Много чести будет этим подонкам! Не дождутся! Владимир Андреевич активно налаживал их жизнь, очень быстро устроился на работу, еще и выбирал, а потому что нарасхват такие профессионалы высшего качества, и сразу получил большие подъемные.
Киру с радостью приняли в музыкальное училище, дали класс для одаренных детей, и первого сентября она приступила к работе.
Через три месяца Роман Георгиевич продал их питерскую квартиру и положил деньги в банк на имя друга. Но Владимир Андреевич покупать недвижимость не спешил, как чувствовал, что не обосновались они с дочерью окончательно. Их с Кирой заработков с лихвой хватало, чтобы снимать квартиру и вполне обеспеченно жить.
Поскорбели на вторую годовщину маминой смерти, а Новый год встречали втроем.
И снова поверилось, что жизнь налаживается и несчастья остались позади.