Продолжая прислушиваться к радио в ожидании прогноза, Джулия достала из дорожной сумки светло-коричневый свитер, сняла пальто и в это время заметила карту, высовывающуюся из вещевого мешка, лежавшего на заднем сиденье. Так как своей карты у нее не было, она решила уточнить маршрут по этой. Джулия взглянула в сторону телефонной будки, собираясь знаками попросить разрешения, но попутчик стоял к ней спиной и, очевидно, был поглощен беседой. Решив, что он не стал бы возражать, Джулия достала карту и развернула ее.
«После Стэнтона следует проехать ровно 26, 4 мили. Там будет перекресток, которого нет на карте. После него следует внимательно смотреть вправо, чтобы не пропустить узенькую грунтовую дорогу, ведущую в лес, начинающийся примерно в пятнадцати метрах от автострады. Дом находится в конце этой дороги, примерно в пяти милях, и его не видно ни с автострады, ни с горы».
Теперь Джулия была совершенно сбита с толку. Значит, он направлялся не на работу в неизвестный городок где-то в Техасе, а в дом где-то в горах Колорадо?
В это время диктор закончил рекламу и сказал:
— Через несколько минут вы прослушаете последний прогноз синоптиков о надвигающейся на нас снежной буре, но перед этим — срочное сообщение из отдела шерифа…
Но теперь Джулия почти не слушала его болтовни. Глядя на высокую фигуру мужчины, разговаривающего по телефону, она вдруг ощутила, как по телу пополз странный, неприятный холодок… она начинала узнавать.
— Сегодня днем, приблизительно в четыре часа, — говорил голос по радио, — тюремные власти обнаружили, что заключенный Захарий Бенедикт, осужденный за убийство, бежал из амариллской тюрьмы…
Парализованная страхом, Джулия смотрела на суровое, волевое лицо.
Она узнала его.
И в эту секунду человек в будке бросил трубку и побежал к ней.
— Нет! — закричала Джулия и, быстро метнувшись к водительскому месту, нырнула в машину и попыталась защелкнуть дверь с противоположной стороны, но опоздала буквально на долю секунды.