Вертолет покружил над домом, взял немного влево, потом опять вернулся на прежнее место. В какое-то жуткое мгновение Джулии показалось, что Зак поднимает пистолет, но потом она поняла, что это всего лишь бинокль. Сделав круг, вертолет развернулся и начал медленно удаляться от дома. Когда он окончательно пропал из виду, Джулия почувствовала, что ноги больше не держат ее — дало себя знать страшное напряжение последних минут. Но перед глазами у нее неотступно стояло лицо Зака — когда с пистолетом в руке он подталкивал ее к двери.
— Все в порядке, — сказал Зак, подходя к ней. Джулия завороженно смотрела на вороненое дуло, по-прежнему высовывавшееся из-за пояса джинсов. — Это были всего лишь лыжники. Наверное, слегка перепили и спустились слишком низко.
Джулия перевела взгляд на его лицо, но не смогла заставить себя сдвинуться с места.
— Пойдем, — мягко сказал Зак, — давай руку.
Она отрицательно покачала головой, пытаясь стряхнуть парализовавший ее страх и говорить как можно ровнее:
— Нет-нет. Со мной все в порядке. Я сама.
— С тобой совсем не все в порядке! — резко возразил Зак, хватая ее в охапку. — Ты вот-вот хлопнешься в обморок.
Тошнота и головокружение наконец немного ослабли, и Джулии даже удалось выдавить из себя подобие улыбки:
— Ты, надеюсь, не забыл, что мой брат — полицейский? Мне уже приходилось видеть оружие.
Джулия быстро приходила в себя. При мысли о том, что опасность позади, ее голова начинала снова кружиться, но уже от радости и облегчения.
— Выпей это, — Зак протянул ей бокал с бренди. — Залпом и до дна, — добавил он, после того как Джулия сделала лишь крохотный глоток и попыталась вернуть ему бокал. Джулия заставила себя отпить еще немного и поставила бокал на стойку.
— Я больше не хочу.
— Ладно, — не стал настаивать Зак. — Тогда пойди и прими хорошую горячую ванну.
— Но…
— Сделай это. Не спорь со мной. В следующий раз я… — Он собрался было объяснить ей, что именно намерен делать в следующий раз в подобных обстоятельствах, но внезапно понял, что следующего раза просто не будет. Да, сегодня тревога оказалась ложной, но благодаря ей он со всей отчетливостью понял, какому риску подвергает жизнь Джулии.