— Повернувшись к Александеру, Маргарет продолжала:
— Кстати, на тот случай, если у тебя возникли какие-то сомнения, все вышесказанное относится и к тебе. И среднюю школу ты тоже будешь заканчивать здесь, а не в Эксетере.
— Но ты не имеешь права так поступать с нами! — взорвался Алекс. — Дедушка никогда бы не позволил этого!
— Ты не имеешь права указывать, как нам жить, и решать за нас нашу судьбу. — подхватила Элизабет, которая уже была близка к истерике.
— Если тебя не устраивает мое предложение, — стальным голосом отпарировала Маргарет, — то я не запрещаю тебе устроиться куда-нибудь официанткой или подыскать подходящего сутенера.
С нескрываемым удовлетворением Маргарет отметила полную растерянность на внезапно побледневших лицах младших внуков.
— А как насчет Зака? — наконец угрюмо пробурчал Алекс. — Ведь он один из лучших студентов и Иеле.
Наконец-то наступил момент торжества Маргарет Стенхоуп.
— Нет, — сказала она, — не хочу. И резко повернувшись к Захарию, заговорила, а точнее выплюнула ему в лицо все те слова, которые так долго вынашивала в себе:
— Убирайся вон! Убирайся из этого дома и никогда больше сюда не возвращайся! До конца моих дней я не желаю ни видеть твоего лица, ни слышать твоего имени.
Если бы не плотно сжавшиеся губы Захария, то можно было подумать, что слова бабки не возымели никакого действия.
— Твоя машина останется здесь! Ты уйдешь отсюда в том, что на тебе есть! — Захарий отдернул руку и посмотрел на брата и сестру, как будто ожидая от них каких-то слов ободрения и поддержки.
Маргарет в глубине души презирала младших внуков за трусость, но на всякий случай решила в корне пресечь всякие возможные проявления запоздалого мужества.