Имена у них странноватые – Инга и Рафаэль, да и выглядят они неадекватно: беловолосая, высокая и худенькая девица, похожая на небезызвестную Полумну Лавгуд из многими любимого «Гарри Поттера», и длинноволосый, с выбритыми висками парень с наглой мордой, на которой то и дело расцветала ехидно-демоническая улыбочка. Эти двое постоянно ругались, бурно ссорились и так же неистово мирились. Как-то блондинка умудрилась выгнать своего рокера из квартиры, а он сначала долго и шумно стучался в дверь и ругался, выводя из себя жителей всего подъезда, а после исчез, но возник поздно ночью в компании друзей – таких же длинноволосых, уважающих кожу и шипы и мощных с виду – прямо под балконами.
Парни явно были навеселе и, дружно воя песню – балладу известной метал-группы, принялись просить блондинку простить ее благоверного, а также пустить его домой. Ибо зима и он замерзнет. Инга, как помнила Ника, наблюдающая за цирком из окна, отказывалась и, не долго думая, вылила на рокеров ведро с водой.
Они, впрочем, успели отскочить, и вся вода попала на не вовремя проходящих под балконами парней. Естественно, завязалась драка, потому как обе компании были нетрезвыми. Кто-то вызвал полицию, а кто-то шутки ради – еще и «скорую» с пожарными и МЧС. Вышло очень забавно – все друг на друга орали, включая пытающихся заснуть жителей дома, которым весь этот шум-гам дико мешал, что-то доказывали и грозились разнообразными карами. Чем дело закончилось, Ника не знала – в третьем часу ночи она заснула, и последнее, что слышала, так это вопли соизволившей выйти из своей квартиры беловолосой подружки рокера, когда ее милого Рафаэля забирали в местное отделение полиции вместе со всеми нарушителями спокойствия.
Ника как раз захлопнула окно в тот момент, когда Инга сообщила громогласно, что сейчас она позвонит своему братику и он все «утрясет и вытащит Эля и его друзей из КПЗ». Посочувствовав этому самому братику, которого, видимо, разбудят посредине ночи телефонным звонком, Ника закрыла глаза.
Рокер и его блондинка не открывали, и не совсем воспитанная Карлова про себя обзывала их нехорошими словами, порываясь произнести их вслух. Вообще-то скоро за ней должен был заехать Саша, а она вынуждена разбираться с соседями, которые в очередной раз решили всех затопить.
«Вот уродство», – думала Ника, уже пятый раз нажимая на звонок. Увы, никто не отворял запертую железную дверь.
