Вот и с ним бы так…
– Хочешь кого-то из нас под выстрел подставить? – возмутились парни.
– Нет. Всем четверым оборудовать позиции на одном участке. И каждый день, проявляя себя, заваливать там по фрицу. Немец клюнет. А вместо манка использовать чучело. Набить маскировочный костюм старым тряпьем, каску напялить, а вместо бинокля зеркало пристроить – бликовать лучше будет.
– Немца за дурака не держи – не купится.
– Почему?
– Твое чучело замаскировать надо, но небрежно. А кроме того, оно шевелиться должно, пусть изредка – по неподвижной цели он стрелять не будет.
– А если веревку привязать и дергать?
– Или на палку посадить и шевелить?
– Оба варианта сгодятся, только ведь с чучелом кто-то сидеть должен, чтобы его шевелить.
– Да любой из нас!
– Хорошо, решено. А остальным троим глаз с «нейтралки» не сводить! Он не дух, не призрак, и выстрел его засечь можно, если хотеть.
Алексей и Виктор поели, а потом дружно стали заниматься планом. Нашли старый, изодранный маскхалат, набили его тряпьем. Долго не могли решить, как сделать голову.
Пехотинцы удивились:
– Вы что, убитого несете?
Снайперы выбрались на «нейтралку». Местность была знакомой, поэтому они быстро отрыли окопчик для чучела и поодаль – для себя. Там и заснули. Какой смысл идти к себе в землянку, когда через два часа рассвет?
Сидеть с чучелом вызвался Виктор.
Время тянулось медленно. Рассвело, немцы проснулись, позавтракали – по ним можно было сверять часы. На время принятия пищи они не вели огонь, их батареи молчали.
Алексей подловил гитлеровца, который неосторожно приподнялся над бруствером, и выстрелил. Немцы в ответ постреляли из пулемета.
Около шестнадцати часов удачный выстрел сделал Ведерников.
Ночью они ушли к себе, поели, отоспались, а утром снова вернулись на позицию.
Алексей осмотрел в бинокль местность. Так, вроде бы вчера вон той кочки не было… Или он был невнимателен? Да нет, точно не было. Укрытие для снайпера? Он взял на заметку подозрительное место, определил дальность – триста пятьдесят метров.
А время шло. Как и договаривались, Виктор едва заметно пошевелил чучелом. И почти сразу же раздался выстрел – именно оттуда, со стороны кочки.
Алексей и следом за ним Балабанов, лежавший метров на пятьдесят правее, выстрелили.