Та «мафия», что у нас есть, она ни фига не тайная и никуда там не проникала и не встраивалась.
У нас просто вот такая специфическая структура управления, с самого высокого верха и до последнего постового или клерка в мэрии, имеющего право поставить подпись под нужным документом. Соответственно, и «наркомафии» как таковой вне этой структуры не существует.
Так… Все равно длинно получается. Вот еще короче."
"Представьте себе, что Яша Белый пригласил к себе всю местную структуру – прокурора, главного милиционера, главного чекиста, мэра и прочих, от кого хоть что-то зависит, и торжественно объявил: все, ребята, с этого дня я с вами больше не дружу.
Хе-хе… Понравилась картинка…
Вот после этого всех Яшиных барыг «примут» в течение пары часов. И всех «ног» заодно с ними.
А до того момента, пока он не сошел с ума и не сделал такое интересное заявление – никто их и пальцем не тронет.
Надеюсь, я достаточно популярно объяснил суть вопроса…
В воскресенье с утра поехали изымать из оборота левобережных барыг.
В самом городе их было трое и одна лихая семейка промышляла в пригородном поселке Урюково. Все эти веселые ребята, сами понимаете, работали от Яши Белого.
Накануне Собакин разослал им повестки с указанием прибыть к десяти утра сего дня для «ознакомительной беседы». В десять утра, разумеется, никто не явился, поэтому мы выждали для верности полчаса, попили кофе и поехали изымать.
А, да, наверное, надо перевести с наркоторгового на общечеловечий. Если барыга не явился по приглашению главного местного дуремара – это вопиющая залепуха. И фиг с ним, что воскресенье – это в данном случае не оправдание!
Тут можно предположить две равновероятные причины: либо барыга внезапно и остро приболел на всю голову, либо получил соответствующую команду от барона. А барон, в свою очередь, мог дать такую команду только в том случае, если по дуремару вопрос решен окончательно и бесповоротно и в самое ближайшее время его уберут (снимут, повесят, повысят, опустят, убьют и т.
– Значит, уже списали меня, – констатировал Собакин. – А что-то вы поторопились, ребятки. Я еще здесь и кое-что могу решать…
С первым по списку товарищем проблем не было. Он мирно опухал дома после традиционно тяжкого «вчерашнего».