— Теперь ваши предки будут покоиться на исконных землях рода.
— Князь… — с безграничной благодарностью посмотрела в глаза мужчины. — Вы принесли покой моей душе, — мой голос был полон искренности, а лицо озаряла чистая, ничем не замутненная радость.
— Поверьте, я бы с удовольствием исполнил не только это желание, — многозначительно сказал мужчина и добавил: — Вы поразили меня и членов жюри во время поединка, а после невероятно тронули своей речью. Каждый из нас был бы рад оказать вам посильную помощь.
— Благодарю вас, Игорь Владимирович, — любезно произнесла я, прекрасно поняв такой прозрачный, но умело завуалированный намек.
В этот момент зазвучали первые аккорды популярной песни о любви. Бросив короткий взгляд куда — то вбок, князь едва заметно усмехнулся. Затем, вновь взглянув в глаза, медленно взял меня за руку, а после прикоснулся к тыльной стороне ладони теплыми губами.
— До скорой встречи, боярыня, — сквозь громко звучащую музыку едва слышно произнес обладающий умопомрачительной властью мужчина, а затем повысил голос: — Вынужден откланяться, Софья Сергеевна.
Улыбнувшись на прощание, он развернулся и ушел.
Я же, держа в руке документы и не обращая внимания на пытливые взгляды одноклассников, внутренне ликовала. Никто и никогда теперь не сможет оспорить право рода бояр Изотовых на земли. Никто и никогда не докажет умысла в моих действиях. Разве найдется среди Никитских безумец, который посмеет оспаривать дарение мне земель светлейшим князем Разумовским? Конечно же, нет.
Посредничество меж родами это хорошо, но мелковато. А теперь, когда месторождение редчайшего турина полностью принадлежит мне, можно приступать к его разработке, абсолютно ничего не опасаясь. Я планировала не только продавать редкий минерал, но еще и начать собственное производство артефактов.
Тогда, после поединка, у меня даже не возникло ни единого сомнения: это был уникальный шанс, упустить который я не имела права. Говоря князю Южному, что в утраченных землях покоятся предки рода Изотовых, поэтому желаю их вернуть, я не лукавила.
Проводив взглядом умчавшуюся танцевать с одноклассником Катеньку, довольно улыбнулась. Все шло не просто хорошо, а изумительно!
— Софья Сергеевна, вы подарите мне танец? — неожиданно отвлек меня от размышлений такой приятный сердцу голос.
— Безусловно, Михаил Михайлович, — с нежностью посмотрела на юношу и вложила в сильную руку ладошку.