Внутри штаба и командиров часть поддерживала Штейна, но большинство было за адмирала, который их всех спас и удержал от деградации и смерти. Вопрос лишь в том, удастся или нет ему преодолеть сопротивление разведбата, который подчинялся именно Штейну, их командиру, и выполнял функции полиции в колонии. Жульбер все еще пребывал в своих размышлениях, когда его прервал Егор:
— Господин доктор, а вы можете организовать связь с вашим штабом? Мне не жалко эсминец, мне жалко, если вас убьют.
Жульбер прикинул — вроде хуже уже точно не будет.
— У меня к вам вопрос, Егор: а как вы проверите, что сеанс слушают все жители нашей колонии.
— Ну, это просто: организуем вылет корабля, и пусть транслирует на все принимающие устройства.
— Тогда так, Егор: организуем сначала связь с эсминцами, которые висят недалеко от базы, а после решим.
Егор зашел на вещательный канал станции и вызвал эсминцы, которые висели недалеко от нее, все еще находясь под прицелом системы безопасности.
— Для спасения жизни адмирала требуется препарат, который находится на станции снабжения. Эти господа просят разминировать ее для осуществления этого мероприятия.
Капитан ответил, что такое решение может принять только начальник штаба или адмирал. Жульбер пытался с ним поспорить, но капитан его просто игнорировал. В разговор вмешался Егор:"
"— Значит, так, капитан, ваша посудина прямо сейчас берет и сваливает с орбиты станции, летит на вашу хренову базу, и вы лично объясняете. У вас есть выбор — целых три. Первый: вы не спасаете вашего адмирала, который вас спас, второй: вы ждете, когда он станет нашим гражданином, и выполняете его приказ.