– Вы художник? – обратилась я к сидящему в углу человеку, что ковырял небольшим шилом кубик из пробки, или материала похожего на нее.
– Я, - на меня с острым и цепким взглядом поднял голову черноволосый и черноглазый молодой человек, похожий на араба.
– Мне нужна печать, но она не такая, как вы делаете, - начала я.
– Можете нарисовать то, что надо?
– Могу, - ответила я, принимая из его рук сшитую в блокнот пачку серой бумаги и карандаш. Больше всего я боялась, что он предложит перо и чернильницу – я и так пол жизни потеряла от страха, когда документы в регистрационной палате пришлось писать чернилами.
Я нарисовала овал, в котором и написала свой слоган, который просто не мог не выстрелить, и не стать притчей во всеязыцах. Девушки везде одинаковы, и не важно, какое сословие ты представляешь. Молли, что так хвасталась своим приданым, думаю, не сильно отличалась от девушек, чьи отцы носят титул.
Легкими и простыми арабесками я украсила место над и под надписью, и протянула мастеру. Он долго и внимательно смотрел на рисунок, вероятно, не понимая для чего нужна такая ерунда.
– А размер? – коротко спросил он, продолжая работу.
– Если можно, именно такой, как нарисовала, - с улыбкой ответила я.
– Завтра к вечеру будет готово, а лучше приходите послезавтра.
– Сколько это стоит? – аккуратно уточнила я.
– Два серебряных… сейчас, - уверенно сказал он и посмотрел на меня, видимо, полагая, что я стушуюсь от немалой цены.
– Вот, я приду послезавтра утром, - ответила я, положив на стол перед ним два кругляша и направилась к выходу. Сапожник провожал меня внимательным взглядом.
– Купите чернила у меня завтра… и коробку с бархатом, - бросил мне вслед художник.
Пока все шло как нельзя лучше – завтра наш день занят расследованиями и слежкой, послезавтра я забираю печать, а сейчас я должна найти красивые открытки.
Я снова рассмотрела все, что у них продавалось, понимая, что это все может пригодиться, а так – хоть знаю на что можно рассчитывать.
Открытки были божественны – с пухлощекими ангелами, трубящими в дудку, с цветами и милыми детьми, гладящими собаку. Все они были отпечатаны, но раскрашены были вручную.