Да, руки не умели, но тело девочки было подвижным. Раньше я не смогла бы проделать такую работу за вечер – после стольких наклонов спина бы не разогнулась к утру. Провести столько слоев ниток между верхними и нижними гвоздями – сложный труд, а если учесть, что высота – чуть больше двух метров, то приходилось не только наклоняться, но и тянуться к верхней части рамки.
Раскинув плед на своей кровати, я смотрела на него от окна. Из запасов ниток белого цвета выйдет еще три таких! За дверью вдруг что-то упало, и я по привычке испуганно вскинула глаза на белый квадрат.
– Мисс, простите, я разбудила вас? – Клара моментально выпрямилась, и я было подумала уже, что она подсматривала за мной в замочную скважину, но увидев ведро и тряпку в луже воды, мне стало стыдно.
– Нет, Клара, ты меня не разбудила. Я заканчивала вчерашнюю работу, и уже попила кофе. Спасибо, что ты оставила его для меня на плите. Иди, посмотри, что получилось с той халабудой, что мы с трудом подняли по лестнице, - я махнула рукой и отошла от двери, впуская женщину внутрь.
Она осторожно прошла, но ее взгляд не сразу упал на постель, и она смотрела на пустую рамку возле окна. Я указала на кровать, и внимательно следила за ее взглядом.
– Мисс, это что же вы, всего за вечер и за ночь связали? – ее глаза расширялись от удивления и умиления – этого я и ждала. Человек, которому что-то нравится, не может сдержать вот этого самого удивления.
– Нравится? – я присела прямо на плед, погладила его рукой. – Ты не смотри, что здесь дырочки – он очень теплый, - добавила я. По сути, дырочки несли особую цель – со стороны, где квадратики были не по диагонали, создавалось ощущение, что это огромное «вафельное» полотенце.
Выпуклые стенки квадратных сот, перетянутых по углам, делали одеяло нежным, зефирным. Точно такое же, без помпонов, из белой шерсти сейчас лежало где-то далеко, и я надеялась, что им укрывается не Игорь, а Марина или Наташка – у нее загорелись глаза в тот момент, когда я показала плед для Игоря. Я обещала сделать ей такой – же. Не успела.
– Мисс, да это просто колдовство какое-то.