Лада выбегает из дома в джинсах, уже набивших мне оскомину, и футболке под курточкой.
— После занятий поедем по магазинам, — сообщаю ей.
— У нас переезд, — напоминает «сестренка».
— Потом, — отмахиваюсь и открываю ей дверь.
Она плюхается на сиденье Ягуара, а я иду за руль и плавно выкатываю нас за территорию двора.
У нас сегодня совместный английский. «Цербер» рвет и мечет. На стол ректора легло коллективное заявление от студентов с разных курсов с просьбой о смене преподавателя, где среди прочих фамилий есть моя и еще несколько подписей того же уровня.
Я сижу рядом с Ладой. На нас все время косо смотрят и пара челюстей неприлично падает, когда я ее обнимаю.
— Прекрати, — ерзает сводная.
— Будешь выделываться, я тебя еще и поцелую, — усмехаюсь в ответ. — Ты же хотела романтики. Романтичней поцелуев в кинотеатре может быть только поцелуй на последней парте университетской аудитории.
— Издеваешься? — фыркает она, все же скидывая с себя мою руку.
— Немножко, — глажу ее по коленке.
После второй пары мы с парнями с курса рубимся в карты, устроившись на подоконнике. Не жестим особо, хотя пробегающие мимо «жертвы» наших желаний уже шарахаются. И тут случается редкость. Задумавшись, я перестаю считать карты и сливаю игру.
— Ааа!! — раздается довольное от пацанов. — Тебя, оказывается, можно обыграть!
— Давайте уже свое желание, — посмеиваюсь я.
— Поцеловать первого препода, который появится в коридоре, — заявляет Вит, который сначала боялся со мной играть. — Только не чмокнуть в щеку, Кит, а реально, по-взрослому поцеловать.
— Ты хочешь, чтобы я блеванул? — прикидываю, что молодых преподов в универе почти нет. Костяк составляют, что называется, женщины, умудренные опытом."
"— Это будет весело, — угорают пацаны.
— Океей, — тяну гласные, закатывая глаза. Проиграл, надо отдуваться. Хорошо, хоть в условия поставили только противоположный пол.
Стою, прислонившись плечом к стене, жду. И парни вместе со мной. Как назло, в эту часть коридора ни одному преподавателю не надо.
— У нас следующей парой история, — прикидываю я. — Если сейчас никто не объявится, отдам желание на ней.
Никто не объявился и это очень хорошо, потому что историю сегодня будет читать вполне себе ничего такой преподаватель. Ей лет тридцать пять примерно. Вполне современная, интересная женщина.