– На костылях и то будет быстрее! Уж летать так летать!»
Таня уступила, и тотчас с языка у нее совершенно неожиданно сорвалось другое, крайне опасное и непредсказуемое заклинание – «Торопыгус угорелус».
* * *Почти сразу магический перстень выплюнул зеленую искру, и в следующий миг Таня ощутила, что контрабас сорвался с места и сквозь распахнутую раму рванулся наружу. Немедленно ветер короткими яростными порывами-пощечинами попытался сбросить ее, но она держалась крепко."
"Замелькали ветки, окна, крыши, кучи листьев на газоне, мокрые машины, птицы, антенны.
С огромным трудом Таня сумела вновь вернуться в нормальное положение. Хотя можно ли было считать нормальным то, что происходило? Она с чудовищной скоростью, рискуя каждую минуту врезаться в многоэтажку или зацепить электрический провод, неслась над городом.
Пытаясь вцепиться в контрабас и хоть как-то удержаться, она едва не бросила смычок, но тотчас спохватилась, что этого-то как раз делать нельзя. Без смычка контрабас сразу потеряет управление, и тогда будет еще хуже... Хотя можно ли сказать, что она им управляет? Скорее он сам летит куда хочет.
Ощущая себя верхом на реактивном снаряде – куда там барону Мюнхгаузену на его тихоходном ядре! – Таня вдруг вспомнила, что так и не произнесла «Ойойойс шмякис брякис» и по собственной глупости осталась без страховки. Она попыталась произнести «Ойойойс шмякис брякис» прямо сейчас, но порывы ветра били ее в лицо, в рот, сносили слова. К тому же рукой с магическим перстнем она вцепилась в контрабас, держа в другой руке смычок.
Таня запаниковала. Вот уж точно самое время узнать, почем белые тапочки. Стремительно несущийся, явно не управляемый контрабас, пока чудом избегавший столкновений, все равно рано или поздно во что-нибудь врежется. Или же она сама, устав, разожмет руку.
«Пожалуй, в детском доме для детей с уголовными наклонностями не так и плохо! – мелькнула у нее мысль.