– На мой взгляд, упаковка имеет чисто утилитарную функцию и, выполнив свое назначение, должна уничтожаться. Иначе в квартире копится куча барахла, съедающего пространство. Или я просто долго жила в маленькой квартире, где каждые пятьдесят сантиметров имели значение. Не знаю. Мы планируем переезд сюда, в квартиру тети, потому что с тремя детьми в нашей двушке никак не разместиться, но, чувствую, хлам отсюда нам придется вывозить несколько дней. Так что, если хотите, я подарю вам эту банку из-под кофе.
– Да, спасибо, – лицемерно согласилась Снежана, знавшая, что никакой банки в квартире нет.
Она выскочила из квартиры, кубарем скатилась с лестницы, толкнула подъездную дверь, очутилась на морозной улице, свежевыпавший снег на которой немного слепил глаза, быстрыми шагами пошла, почти побежала в нужную сторону, внутренне ужасаясь своему неприличному опозданию.
Мелькнула мысль позвонить мужу сейчас, по дороге, пока не ясно, насколько затянется встреча, которая еще не началась. Снежана достала из кармана телефон, но нажать на кнопку не успела, потому что он зазвонил у нее в руке. Белокопытова.
– Доброе утро, Снежана, – услышала она приятный голос пока незнакомой женщины. – Я звоню уточнить, ждать ли мне вас. Если вы не придете, то я займусь своими делами.
– Нет-нет, я уже бегу, – извиняющимся тоном сказала Снежана.
– Не торопитесь, – со смешком в голосе успокоила ее Белокопытова. – Я никуда не тороплюсь, и еще пять минут ничего не решают. Я просто хотела узнать, не передумали ли вы. Если нет, то я дома и вас жду.
Отключившись, Снежана прибавила шагу. По здравом размышлении, она решила сейчас мужу не звонить. Во всем, что касалось дела, Зимин был редкостным занудой, а потому наверняка начнет выспрашивать детали и задавать уточняющие вопросы.
Нет, сначала она добудет дополнительную информацию, которая ляжет в общую картину отдельными кусочками пазла, а уже потом позвонит мужу и во всем ему сознается.