Лилия Лаврова, дождавшись, пока Михаил Зимин встанет, чтобы наполнить рюмки гостей, наклонилась к самому уху сидящей рядом с ней Снежаны.
– Ты ему сказала?
Снежана виновато покачала головой.
– Нет пока. Мне так попало за расследование, что я боюсь ему говорить. Если он узнает, что я рисковала не только собой, но и ребенком, он же меня прибьет.
– Не прибьет, – засмеялась Лиля. – Он от тебя дуреет. И, по-моему, тебя боится. Ты сама-то уверена?
– Да, когда отошла от этого всего, то первым делом сгоняла в аптеку и купила тест.
– Вы чего шепчетесь? – с подозрением спросил Зимин. – Ей-богу, когда речь идет о вас двоих, я не знаю, чего от вас ожидать, и на всякий случай пугаюсь.
– Все хорошо. – Лиля засмеялась и подмигнула Снежане.
– Смотрите у меня! – пригрозил он. – Ну что, все готовы к тому, чтобы узнать подробности приключившейся истории?
– Да, – вразнобой ответили присутствующие.
– Тогда слово главной героине этого детектива Снежане Зиминой. Это она не только поняла, что ее соседку убили, так еще и практически в одиночку распутала это преступление. Давай, дорогая.
Если он и иронизировал, то самую чуточку. Снежане было совершенно очевидно, что муж на самом деле гордится ею, и от восторга в его глазах она чувствовала себя совершенно счастливой.
– Все началось очень давно. Так давно, что те события для большинства не более чем история. Бежавший из Лейпцига Марк Шварцман, прадедушка нашего Пауля, в знак благодарности передал врачу своей тещи, господину Фридриху Фальку, очень ценную вещь – старинную пуговицу, в которой перламутровая вставка была окаймлена четырнадцатью довольно крупными изумрудами высокой чистоты.
"Она рассказывала подробно, потому что эту часть истории не знала, к примеру, Ирма Константиновна, да и все остальные были вовсе не против услышать обо всем с самого начала.