Что я могла сказать? Она пробуждала во мне самое худшее.
Бледно-розовые губы Уинтер изогнулись в улыбке, и она прикрыла ее рукой. Я понятия не имела, почему она терпит Селену.
— Кстати, об Ашере. Пойду поищу его, вернусь через минуту, — сказала я Изабель и помахала Уинтер на прощание.
Я пробралась сквозь толпу. Комната была не очень большой, поэтому поиск Эша не занял много времени.
Он стоял на балконе вместе с другими Ледяными Богами, отдельно от остальных. Я уже собиралась протиснуться в двери и присоединиться к ним, как вдруг услышала свое имя.
— Ты уверен, что это она подсыпала руфи Еве?
— Чувак, я уверен. Я покопался в этом, всё проверил… это была Селена. — Маркус покрутил в руках банку пива, глядя на ночной Нью-Йорк.
— Зачем Селене накачивать Еву наркотиками? Просто в надежде, что с ней случится что-то плохое? Эта девчонка… — сказал Эш. Бек задумчиво смотрел на открывающийся вид и просто слушал.
— Не знаю. Услуга Джеффрису? Похоже, она в чем-то замешана, но я понятия не имею, в чем.
"Я уже собиралась открыть двери до конца и выйти к ним, когда чьи-то руки сомкнулись на мне сзади.
— Вот ты где! — Лили обняла меня.
Она все еще не оправилась после всего случившегося с профессором Джеффрисом. Я рассказала ей всю правду, и с тех пор она старалась не упускать меня из виду.
— Хочешь выпить? — спросила она.
— Конечно.
* * *В тот вечер Беккет удивил меня повышением класса номера до люкса в пентхаусе. Вид из окна был невероятным. Я была в Нью-Йорке всего один раз в жизни, а теперь стояла перед окнами во всю стену, ослепленная огнями со всех сторон.
— Это потрясающе, — пробормотала я и прижалась носом к стеклу.
— Ты потрясающая, — пробормотал Беккет, обнимая меня за талию и целуя в ухо.
— О чем вы говорили на вечеринке? Что-то насчет Селены и Джеффриса.
— Не произноси при мне имя этого человека. Это заставляет хотеть меня вернуться в тот день и убить его, вместо того, чтобы сдать в полицию.
Это была больная тема, поскольку Джеффрис заявлял о своей невиновности в нападениях на других девушек. Он взял на себя ответственность только за то, что удерживал меня в своем доме, и даже тогда, поскольку он был самым пострадавшим из всех нас, его адвокат представлял всё как неудачную драку.