Катей зовут.
— А.
Она улыбается, так нежно и светло, что не сдерживаю ответной улыбки. Стаскивает балетки, снимает кофту, оставаясь в одной футболке. На голое тело. Это отмечаю, когда вижу, как соски светлую ткань натягивают, от чего рот слюной наполняется.
Твою дивизию… впервые хочу трахнуть женщину с момента, когда Тани не стало. Нет, стояк по утрам и прочее — это неотъемлемая часть любого мужика, хоть потерявшего жену, хоть только начинающего думать о бабах. Но когда вот так остро — какой-то вспышкой слепящей — впервые.
И это, сука, снова злит.
— Кать… мне бы Настю забрать, нам ещё по делам ехать.
Вместо того, чтобы сказать всё, что я думаю по поводу случившегося, произношу совершенно другие слова о совершенно других вещах. И снова слышу то, чего совсем не ожидаю услышать:
— Ты можешь её у меня пока оставить. Мы чаю попьём, мультики посмотрим. У меня вроде канал какой-то детский есть.
Нет, для неё всё это реально в порядке вещей? Вот эта вся х*йня, в которую вляпались все трое? Очевидно, по моему лицу, на котором отражается всё, что чувствую в этот момент, Катя понимает если не всё, то большую часть как минимум.
— Я понимаю, что это всё не игрушки. И я попробую сама ей всё объяснить. Идёт?
***
Он кивает и выходит из квартиры, и только тогда ощущаю… облегчение. Всё это время боялась, что Илья просто заберёт Настю, а сейчас… Сейчас она плещется в ванной, что-то напевая, и от понимания, что в квартире есть кто-то ещё, и этот кто-то во мне так остро нуждается, мне впервые за долгое время хорошо.
Возможно, это неправильно.
С вероятностью в девяносто девять процентов — закончится чем-то болезненным.
Но сейчас мне хорошо, и я с такой жадностью делаю глотки воздуха, один за одним, что начинает кружиться голова."
"Мы с Вадимом никогда не думали о детях, как о тех, кто может родиться в обозримом будущем. Нет, говорили, конечно, что такое возможно, но не строили никаких определённых планов.
— Мам! — доносится до меня голос Насти, и мне не хочется протестовать. Не хочется убеждать её, что она не не должна меня так называть.
Я ничего не знаю ни об Илье, ни об их прошлом — его и этой маленькой девочки.